Князь Меттерних. Человек и политик

До дуэли дело, конечно, не дошло, но Меттерниху пришлось выдержать еще одно выяснение отношений, после которого он, по свидетельству адъютанта царя, вышел от Александра I с весьма раскрасневшимся лицом. «В комнате императора невероятная жара; это совершенно невыносимо», — пожаловался он присутствующим в передней.

Александр отказался посетить грандиозный бал, устроенный Меттернихом в тот же злосчастный день 12 декабря, на который были приглашены все государи, и вообще прекратил всякие контакты с ним. «Великие политические бури»[414], — записал в этот вечер Генц в своем дневнике. Царь также выразил сомнение в том, что ноты Меттерниха выражают истинные намерения Франца I, и заявил, что отныне будет вести переговоры только непосредственно с императором Австрии. Это был серьезный просчет Александра. Ведь Франц давно уже переложил все внешнеполитические, да и многие внутриполитические дела на плечи Клеменса. Теперь «добрый кайзер» Франц был страшно раздражен стремлением царя втянуть его в дипломатическую круговерть. Он обещает Клеменсу, что на возможный вопрос царя о нотах, насколько они совпадают с его личными позициями, он ответит, что все они составлены по его приказаниям и не содержат ничего такого, с чем бы он не согласился[415].

У царя уже кругом идет голова, он не знает, кому верить — австрийцам или пруссакам. По польской проблеме усилилось давление со стороны собственного окружения, опасавшегося соблазнительного примера польской конституции. Кроме, разумеется, князя А. Чарторыйского, никто из приближенных Александра I не был сторонником создания польского, к тому же еще и конституционного королевства. Об этом пишут многие авторы, в частности великий князь Николай Михайлович: «Идея Александра Павловича воссоздать под своим скипетром Польское королевство, с особой конституцией, не встречала никакого сочувствия не только в среде русских людей, но даже и чужестранцев, как Поццо ди Борго. Знаменательно и то, что граф Нессельроде, а также граф В. С. Ланской, из Варшавы, умоляли государя не создавать этой роковой ошибки»[416]. «Поездка Александра I в Лондон, деятельность русских дипломатов истребили совершенно» влияние России в Европе. Ошибочная позиция в отношении Польши позволила Меттерниху и другим восстановить против России всех ее союзников, а в случае разрыва против нее выступит, возможно, и Франция. «Верным союзником остается лишь Пруссия»[417], — подводил итоги конгресса в конце декабря 1814 г. генерал-адъютант граф А. И. Чернышев в письме к А. А. Аракчееву.