Революция от первого лица. Дневники сталинской эпохи [Revolution on My Mind. Writing a Diary Under Stalin]
- Автор: Хелльбек Йохен
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Новое литературное обозрение
- ISBN: 978-5-44-481451-2
- Переводчик: Святослав Чачко
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Революция от первого лица. Дневники сталинской эпохи [Revolution on My Mind. Writing a Diary Under Stalin]». Краткое содержание книги:
Самостоятельно, уже без матери, Подлубный продолжал пользоваться своими испытанными приемами избегания конфликтов с властями. В частности, предпраздничные ночи он старался проводить вне дома. Но в конце концов его все равно арестовали. Дневник Подлубного резко прерывается в октябре 1939 года, вскоре после вторжения Германии и Советского Союза в Польшу, о котором он подробно писал в дневнике. Несколько дней спустя Степан помогал своему двоюродному брату Корнею Криворуке продать запчасти часов с часового завода, на котором работал Корней. Подлубный был знаком с часовщиком и предложил ему купить запчасти. Но когда они собрались, чтобы совершить сделку, часовщик вызвал милицию. Корнея обвинили в спекуляции и приговорили к пятилетнему заключению в трудовом лагере. Степана приговорили к 18-месячному заключению за недонесение на брата властям. Он оказался в лагере, расположенном приблизительно в 1000 километрах к востоку от Москвы. В апреле 1940 года вместе с другими физически здоровыми мужчинами его перевели на Крайний Север, на Печору. Им предстояло проложить железную дорогу до заполярной Воркуты. От перенапряжения на работе, холода и плохого питания многие заключенные умерли. Степан выжил, потому что ему удалось устроиться в управление лагеря. Он освободился из лагеря в апреле 1941 года, незадолго до окончания строительства железной дороги.
В начале июня 1941 года, всего лишь за несколько дней до нападения Германии на Советский Союз, Подлубного призвали на военную службу. Из-за уголовного прошлого его не отправили на фронт. С октября 1941 года он работал санитаром, сопровождавшим резервные подразделения из Сибири на фронт. В 1944 году ему было присвоено звание лейтенанта медицинской службы. Производство Подлубного в офицерское звание стало возможно только потому, что он утверждал, будто бы завершил медицинское образование и получил диплом[326]. По окончании войны он поселился в Москве. Там он встретил свою будущую жену Зою, и в 1947 году они поженились. Мать Подлубного в 1940 году была досрочно освобождена из лагеря. После войны они с Филиппом перебрались в квартиру сына. Филипп Подлубный умер в 1964 году, Ефросиния Даниловна — в 1974-м. До самой пенсии Степан Подлубный работал в различных советских министерствах, но в основном — чиновником в Министерстве здравоохранения.
Освободившись из лагеря, Подлубный возобновил ведение дневника и продолжал вести его до смерти в 84-летнем возрасте, в 1998 году. Но в его записях военного и послевоенного периода нет драматизма, характерного для дневников 1930-х. И главное, в них уже не упоминается конфликт между происхождением и поступками. Похоже, что вопрос положения Подлубного в советском обществе разрешился во время и после войны, поскольку власть признала его, сделав офицером и позволив работать в органах государственного управления[327]. Чтение послевоенных дневников Подлубного лишь дополнительно подчеркивает актуальность его дневникового проекта 1930-х годов — настоятельной заботы о состоянии собственного сознания, тщательного изучения своего внутреннего мира и работы над собой.
Мне повезло: я лично беседовал с Подлубным, как и с некоторыми другими оставшимися в живых авторами дневников 1930-х годов. Мои первые встречи с Подлубным в Москве в начале 1990-х были осложнены непониманием. Я был поражен тем, до какой степени он отрицал стремление к переделке себя, отчетливо зафиксированное в дневниковых записях времен его молодости. В наших разговорах Подлубный стремился донести до меня мысль о том, что его дневник был документом жертвы сталинизма и что целью этого дневника было летописание его собственных страданий и страданий его семьи в условиях бесчеловечного режима. Это убеждение заставило его сдать дневник в исторический архив, и такой шаг он описывал как свой личный вклад в установление правды о сталинизме[328]. Его раздражали вопросы, которые я задавал, отталкиваясь от содержания дневника, прочтенного мною в архиве. Он считал бессмысленным обсуждать свои напряженные отношения с отцом или взгляды, высказывавшиеся им в дневнике по поводу отсталости, культуры и идеальных форм личности. Подлубный настаивал, что критические записи об отце выражали лишь «временные настроения», а на самом деле он всегда с почтением относился к нему.
326
Интервью с Подлубным, 28.06.1994.
327
Война была новым основополагающим моментом в жизни советского общества в том смысле, что поступки человека во время войны делали неактуальными параметры его прежней социальной идентичности. См.: Weiner A. Making Sense of War: The Second World War and the Fate of the Bolshevik Revolution. Princeton: Princeton University Press, 2001.
328
Интервью с Подлубным, 28.03.1995.