Россия: у истоков трагедии 1462-1584 [calibre 5.27.0]

Эта школа определяет «цивилизацию», по словам вид­нейшего из ее современных лидеров Иммануила Валлер- стайна, как «особое сплетение (concatenation) мировоз­зрений, обычаев, структур и культуры (как материальной, так и высокой), которое формирует своего рода историче­ское целое и сосуществует (хотя и не всегда одновремен­но) с другими разновидностями этого феномена»21.

Сравните эту расплывчатую формулу с классически чет­кой гегелевской, и разница тотчас бросится в глаза. Витт- фогель, принадлежавший к гегелевской традиции, обра­тил внимание на то, что на протяжении всей человеческой истории преобладала своего рода антицивилизация, де­лавшая политический прогресс невозможным. Неспособ­ная, другими словами, не только к саморазвитию, но и к са­моразрушению. И в этом смысле стоявшая вне истории. Единственный способ открыть ее для «осознания свобо­ды», говоря гегелевским языком, состоял в том, чтоб раз­рушить ее извне. История, как мы ее знаем, просто не со­стоялась бы, не будь эта антицивилизация, которую ВитТ- фогель обозначил как восточный деспотизм, устранена с исторической арены.

Я не могу, конечно, знать, что сказал бы по этому пово­ду Виттфогель в сегодняшних условиях убийственной по­литкорректное™. Но думаю почему-то, что он со своей во­инствующей наукой не стал бы искать убежища в расплыв­чатых формулах «миросистемного анализа». И уж, конеч­но, не прибег бы, как Хантингтон, к еще более примитив­ному обходному маневру, положив в основу цивилизации конфессию22. Скорей всего, он и сегодня сказал бы то, что сказал в 1957 году. У нас, впрочем, будет еще повод об этом поговорить. А сейчас, как помнит читатель, ожидает нас следующая школа «русского деспотизма».

ЧЕГО НЕ ПОНЯЛ ВИТТФОГЕЛЬ

Для него, как мы видели, было почему-то принципиаль­но важно, что именно монголы, а не византийцы оказа­лись прародителями «русского деспотизма». Он писал: «Влияние Византии на Киевскую Русь было велико, но оно было в основном культурным. Как китайское влия­ние на Японию, оно не изменило серьезно положение с властью, классами и собственностью... Одно лишь татар­ское из всех восточных влияний было решающим как в разрушении недеспотической Киевской Руси, так и в ос­новании деспотического государства в Московской и пост-Московской России»23.

Хотя Виттфогель и не смог, как мы видели, доказать свой тезис, он в принципе вполне легитимен. Во всяком случае, ничего оскорбительного я в нем не вижу. Евразий­цы так и вовсе этим гордились. Тем не менее западных его критиков возмущало почему-то именно это. Во всяком случае, они категорически настаивали, что формирова­лась Россия именно под византийским, а вовсе не под монгольским влиянием. Виттфогель и сам чувствовал их раздражение.