От «девятнадцатого февраля» к «первому марта» (Очерки по истории народничества)
- Автор: Козьмин Борис Павлович
- Год: 1933
- Язык: русский
- Год: Издательство Всесоюзного общества политкаторжан и ссыльно-поселенцев
- Жанр: История
Электронная книга - «От «девятнадцатого февраля» к «первому марта» (Очерки по истории народничества)». Краткое содержание книги:
«Наша литература, – добавляет к этому Лаврский, – инстинктивно чувствует нравственное превосходство мужика над интеллигентом». Говоря о современной беллетристике, Лаврский отмечает как характерную ее черту то, что она перестала искать положительных типов и «героев» в интеллигентской среде. Надежды на появление «русского Инсарова» потускнели. Герои Бажина, А. Михайлова, Омулевского начали вызывать к себе насмешливое отношение. «Современная беллетристика совершенно как бы игнорирует самое существование так называемой молодежи». Все яснее становится, что искать типы и сюжеты следует не в сфере интересов «человека новых понятий», а в области простонародного быта, крестьянской жизни[240]. Отмечая эту тенденцию современной литературы, Лаврский дает ей и объяснение: «Сильные и выдержанные характеры оказываются из некультурных слоев, а представители культуры оказываются тряпками или людьми, вносящими в жизнь идеи вовсе не высшего порядка»[241].
Идеализируя деревню, «Неделя» естественно не могла пройти молча мимо того неприкрашенного, трезвого изображения деревенской жизни, которое давал на страницах «Отечественных записок» Г.И. Успенский, скрывшийся под псевдонимом Иванова. Известно, что очерки Иванова вызвали в свое время очень большой шум в революционно настроенных кругах и негодование по адресу их автора, которого правоверные народники готовы были обвинять в клевете на народ. «Неделя» всецело солидаризируется с этими обвинителями Успенского. Против Иванова в «Неделе» выступают и анонимный автор «Литературно-житейских заметок», и Юзов-Каблиц, и молодой Плеханов под псевдонимом Г. Валентинова.
Автор «Литературно-житейских заметок» утверждает, что очерки Иванова не могут дать читателю даже приблизительного понятия о современной деревне. Отмечая «убийственное впечатление», производимое этими очерками, автор говорит: «Это даже не пессимизм, а просто-напросто наше русское кладбищенство, как его изображает Помяловский в лице художника Череванина в повести „Молотов“»[242].
«Какой умница г. Иванов! – восклицает Юзов. – С ним могут соперничать разве становые пристава, которые давно уже знают, что наш „народец – подлец“».
И чтобы посрамить окончательно Успенского, Юзов противопоставляет ему ту оценку русского народа, которую дает в своих произведениях Ф.М. Достоевский. Достоевский, «проведя несколько лет в остроге и следовательно наблюдая народ несколько ближе, нежели дачник г. Иванов, настолько уверовал в нравственную высоту души русского серого мужика, что никак не хочет верить, чтобы иностранцы были образцом добродетели сравнительно с этим мужиком»[243].
Тяжелое впечатление, производимое очерками Иванова, отмечает и Плеханов, ставящий Иванову в вину, что он проглядел «большую чуткость непосредственного чувства в крестьянине». В отношении правдивости изображения деревенской жизни Плеханов готов признать первенство за Златовратским[244].
Не один Глеб Успенский смущает критиков «Недели», – не радует их вся современная беллетристика. Ей ставят они в вину фальшь, насильственное натягивание надуманных выводов, неверное изображение жизни и другие такие же тяжелые преступления. Говоря о современных беллетристах, один из авторов «Недели» пишет:
«Они действительно вышли из всяких пределов, требуя себе похвалы за то только, что у них благородный образ мыслей, что ничем однако не доказывается, и хорошие намерения, которые ни в чем однако не проявляются. Избитые мысленки, плавающие в целой бочке воды, – вот ведь произведения новейших беллетристов… Где наконец сами эти беллетристы из молодых? Их не видно, не слышно. Раздается кой-когда некоторый писк, вырвется порой некоторый нестройный вскрик, – и снова все пусто и глухо»[245].
При отсутствии молодых талантов все надежды приходится возлагать на старых писателей, начавших свою деятельность еще в 40-е и 50-е годы.
«Теперь время такое, – писал в 1876 г. Лаврский, – что надежды наши, „полные упований взоры“ всех поколений современной интеллигенции обращены именно на наших „корифеев“, ветеранов литературы; от них мы ждем нового слова, от них поучаемся, за ними отдыхаем от бессодержательной и глупой, а часто пошлой и возмутительной болтовни наших „новых писателей“. Лев Толстой уже потряс и расшатал картонные постройки доктринеров нового поколения; Федор Достоевский выступил вслед за ним и вероятно ожидал быть побитым каменьями, но оказался, напротив, в почете и уважении всех партий и лагерей, – его поняли и оценили».
240
«Русская литература в 1874 г.», «Неделя», 1875 г., № 12, стр. 383 – 386.
241
Та же статья, «Неделя» № 14, стр. 479.
242
«Неделя», 1877 г., № 46, стр. 1553 – 1554.
243
Юзов, Либерал о сером мужике, «Неделя», 1878 г., № 9, стр. 285 – 286.
244
«Об чем спор?», «Неделя», 1878 г., № 52.
245
Вольные размышления, «Неделя», 1879 г., № 50 – 51, стр. 1453.