Марина Цветаева — Борис Бессарабов. Хроника 1921 года в документах. Дневники Ольги Бессарабовой. 1916—1925
- Автор: Громова Наталья Александровна
- Год: 2010
- Язык: русский
- Год: Эллис Лак
- ISBN: 978-5-902152-83-5
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Марина Цветаева — Борис Бессарабов. Хроника 1921 года в документах. Дневники Ольги Бессарабовой. 1916—1925». Краткое содержание книги:
Дан развернутый комментарий, приведены редкие, впервые публикующиеся фотоматериалы.
А Филипп Александрович — со всеми свойствами и недостатками — настоящий, подлинный человек. Редкостная полноценность, ум, доброта, широта кругозора и глубина <нрзб> Леонид Николаевич (Андреев) — о Филиппе Александровиче и о Павле Малянтовиче (адвокате) сказал так: «Черт бы их побрал. Слушал я их, смотрел на них. Павел — великолепно отшлифованное в дорогой оправе стекло. А этот (Филипп Александрович) — чистейший бриллиант, чистейшее золото, а штаны у него потрепанные, и подтягивает их, черт эдакий». Когда на это все засмеялись, а я живо согласилась, и еще сказала — это очень верно, — по правде. Леонид Николаевич хитро взглянул на меня и забавно подмигнул, как заговорщик. Он был тогда такой милый и веселый, что я пересела к нему поближе: «Браво, браво, Олечка!» Леонид Николаевич в тот вечер был очень оживлен и ярок, все, о чем он говорил, было интересно и особенно интересно было, как он говорил, и все было умно, и шутки, и вранье.
После нашего путешествия по Италии, когда Филипп Александрович и Федор Константинович бросили свой якорь в своих спальнях, я и Шура улетели на крыльях «Северной Симфонии» Андрея Белого[299]. Шура читала мне вслух. У нее чудесный, глубокий и низкий голос, люблю ее слушать. И нравится мне, что она не декламирует. Под впечатлением «Северной Симфонии» живу четвертый день. Шуру поразила фраза: «И проснулась в нем вся бездна угасших козлований» и особенно встреча рыцаря с сестрой после смерти.
Шурочка волнуется, когда ждет звонка от Эсфири. Почему-то тревожно за Шуру.
На вокзале. Жду дачный поезд. Носильщик говорит другому:
— Контрреволюция — это просто буржуазия, и делу конец. Не будет ее, не будет и контрреволюции.
— Другая народится.
— Да, другая, ты правду сказал. Другая, наша, не контрреволюция, а совсем новая, наша.
Наталья Дмитриевна (Шаховская) прочла мне письмо Вавочки с тревожными вопросами обо мне, и о моем молчании. Я рассказала Наталье Дмитриевне о своем теперешнем «просто жить», о себе, о Вавочке, о том, что мне показалось, что даже хорошо, что Вавочка поехала в Киев, мне показалось, что ей нужно как-то изменить колею жизни, хоть на время. В августе мне может быть удастся съездить к ней в Киев.
Со светящейся нежностью Наталья Дмитриевна сказала, что я похожа на Вавочку как дочь, что я интуитивна. (Забавно, что последнее время несколько человек упомянули это слово обо мне, — по разным, иногда не ясным мне поводам.)
Духовная, внутренняя красота заливает, светится и насыщает все существо Натальи Дмитриевны. При ее очень как будто обыкновенной (некрасивой) внешности она прекрасна. Красивыми у нее были только глаза, но ими освещено все ее лицо, весь ее облик. Мария Болконская без всяких поправок. Она решила ликвидировать свою московскую (и вообще городскую) жизнь. Она «уйдет в кооперацию» (я постеснялась спросить, что это такое!). Это отодвигает ее научно-исторические работы, но ей это необходимо. «Надо сызнова творить народную культуру». Научный социализм провалился и пришел, так называемый «утопический социализм» — кооперация, община, ячейка — душа кооперации, «снизу». Для научной работы будет по временам приезжать в Москву, а не тратить все свое время и всю жизнь на бесплодную сутолоку городской жизни. Интересно, что такой антипод моей Люды Дембовской (Люда коммунистка, Наталья Дмитриевна — глубоко религиозный человек) — говорит лексиконом Люды. Ясно мне, что они несовместимы, хоть и живут как будто так, что и для той, и для другой все эти «кооперации снизу», научные и утопические социализмы, понятные и очень важные вехи жизни — и их собственной, и жизни народа. Наталью Дмитриевну очень люблю, конечно же, и Люду. А они вряд ли могли бы не только дружить с друг с другом, но было бы бестактно даже знакомить их. Может быть, я не права… Но если бы они столкнулись, Наталья Дмитриевна, вероятно, отошла бы с дороги, а Люда, может быть, и устранила бы ее с дороги, если бы Наталья Дмитриевна замешкалась.
А что мне теперь нужно? Москва, курсы. Учиться, для заработка работать в архиве и библиотеке Всероссийского Земского Союза. Это вполне обеспечивает мне учиться самостоятельно и даже помогать маме, «жить просто» более собранно, чем в прошлом году, больше заниматься, раньше ложиться спать, раньше вставать, сократить круг встреч и впечатлений.
299
«Северная Симфония» (1-я героическая) Андрея Белого с посвящением Эдварду Григу. Впервые: М.: Скорпион, 1904. Переиздана: Белый А. Собрание эпических поэм. Кн. 1. Изд-во Пашуканиса, 1917.