Моментальные записки сентиментального солдатика, или Роман о праведном юноше

С 16-го на 17-е.

Ночь… Снег на плацу растаял, и получилось озеро. От непогашенного окна стоящей на берегу казармы к другому берегу, создавая иллюзию глубины, бежит широкая блестящая полоса, и уже в ту полосу, как в зеркало, смотрится потревоженная ложной весной береза, и ей жутко от того, какой она видит себя там, в глубине, — так, наверное, жутко было бы увидеть себя в зеркале мертвецу.

Два черных мохнатых кота. Один с белым ромбиком на груди. Я проходил мимо и обратил внимание, что они уставились друг в друга и на два голоса воют заунывными хнычащами голосами… любовный дуэт?

И вдруг, с рыканьем, прыжком один, хвостом об лед, бросился на другого когтями в голову. Обхватились, катаются. Пыхтят тяжело, часто. Выдохлись, один навалился на другого… отдыхают, распались. С ромбом, он посильнее, сильно подрал противнику бок. Повернулся и медленно, все время вглядываясь, отступает. Вдруг резкий скачок в сторону и прыжок на спину к врагу. Опять бешеные крики, катания по траве, по снегу. Не замечают ни меня, стоящего над ними с блокнотом, ни ржавой вонючей лужи, в которую попал сейчас один из них, завалился на спину, едва успев защитить пузо от разевающего в оре красную пасть.

Тот, что с белым ромбом, визжал и вгрызался в шерстистый загривок. Пасть он разевал так, словно хотел ее сам себе порвать.