Первая гражданская война в Риме
- Автор: Короленков Антон Викторович
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: Евразия
- ISBN: 978-5-8071-0475-5
- Жанр: История
Электронная книга - «Первая гражданская война в Риме». Краткое содержание книги:
Первая гражданская война в Риме. — СПб.: Евразия, 2020. — 464 с.
Началом эпохи гражданских войн в Риме стало выступление Гракхов в 133 г. до н. э., но собственно войны начались в 88 г. до н. э., когда Сулла повел свои легионы на Рим и взял его штурмом. Сначала никто не осознал масштабов случившегося, однако уже через год противники установленных Суллой порядков сами пошли на Рим и овладели им. В 83 г. до н. э. Сулла возвратился с Востока, прервав войну с Митридатом VI Понтийским, чтобы расправиться со своими врагами в Италии. Почти два года тяжелых боев закончились битвой у Коллинских ворот 1 ноября 82 г. до н. э., страшным эпилогом которой явилось избиение Суллой нескольких тысяч пленных, а сам он стал диктатором. Еще несколько месяцев продолжались бои в разных уголках Италии, в Африке, в Испании...
Но не только битвы наполняли эти годы. Медленно, но неуклонно решался вопрос о правах италийцев, менялось административное деление Италии приводилась в порядок финансовая система Рима. Это было рубежное время, на которое пришлись последние годы Суллы, Мария, Антония Оратора, а Цезарь, Помпей, Красс, Цицерон делали первые наги в политике. Впереди были новые гражданские войны и гибель республики.
Рецензенты: Ю. Б. Циркин, доктор исторических наук.
В. К. Хрусталёв, кандидат исторических наук
Марианцы энергично набирали новые войска (Арр. ВС. I. 86. 393). Еще до прибытия в Рим Серторий навербовал 40 когорт[907]. Следует отметить, что сведений о сопротивлении набору в источниках нет. В армию стали записываться ветераны Мария (Diod. XXXVIII. 12), — ведь сражаться предстояло под знаменами его сына. Для удовлетворения финансовых нужд консулы пошли на такую чрезвычайную меру, как конфискация храмовых сокровищ (Val. Max. VII. 6. 4) — после взятия сулланцами Пренесты осенью 82 г. там будет захвачено из этих средств 14 000 фунтов золота и 6000 фунтов серебра (Plin. NH. XXXIII. 16).
Стремился пополнить армию за счет италийцев и Сулла. Его вербовщики иногда даже сталкивались с вербовщиками марианцев (Diod. XXXVIII. 13). Однако последние имели больше успеха, и попытка провести набор в италийских общинах не дала Сулле тех пополнений, на какие он рассчитывал[908]. О трудностях, с которыми была связана вербовка новых воинов, косвенно свидетельствует эпизод, когда Красс, которому поручили провести набор в земле марсов, попросил дать ему охрану, т. к. дорога к марсам проходила вблизи неприятеля (Plut. Crass. 6. 3-4). В лучшем положении находился Помпей, пополнявший армию за счет преданных ему обитателей Пицена.
Чтобы по возможности ослабить сопротивление италийцев, Сулла на рубеже 83 и 82 гг. заключил договор со многими италийскими общинами о сохранении за ними прав римского гражданства, включая ius suffragii (Liv. Per. 86: Sylla cum Italicis populis. ne timeretur ab his velut erepturus civitatem et suffragii ius nuper datum, foedus percussit). Судя по событиям 82 г., это соглашение принесло свои плоды, поскольку италийцы в целом заняли выжидательную позицию. В историографии высказывалось мнение, что самниты были явно исключены из договора[909]. Однако действие договора, надо полагать, распространялось только на тех, кто прислал к Сулле своих представителей, а самниты могли не решиться на это — опасаясь, например что послов возьмут в заложники. Не исключено также, что они выдвинули какие-то условия, которые будущий диктатор принимать не захотел, а потому самниты не пошли на соглашение. Так или иначе, массовые расправы Суллы с ними в 82 г. показывает, что римскими гражданами он их не признавал. Посему не приходится удивляться, что отряд самнитов оказался в составе армии Мария Младшего уже весной 82 г.
Следует отметить, что этот договор демонстрировал отказ Суллы от бескомпромиссной позиции 88 г., когда причиной конфликта стало именно его полное нежелание идти хоть на какие-либо новые уступки италийцам. Однако последующие события, очевидно, убедили будущего диктатора в том, что такая позиция чревата опасными последствиями[910].
По-видимому, еще до открытия кампании 82 г. начался переход на сторону будущего диктатора видных сенаторов и действующих магистратов. Первым в их числе следует назвать консула 91 г. и цензора 86 г. Луция Марция Филиппа[911]. Это было важнейшим успехом Суллы, в лагере которого консуляры до сей поры отсутствовали. Решительный шаг Филиппа объясняли недовольством политикой Карбона (Frier 1971, 596.), уверенностью в том, что Сулла — надежда для Рима (Letzner 2000, 230), наконец, просто вполне нормальным для политика желанием поддержать берущую верх сторону (Long 1866, 340). Однако известные нам действия Карбона не задевали личных интересов Филиппа, о его высокой оценке Суллы ничто не свидетельствует, а близкая победа последнего не требовала перехода на его сторону — во время осады Рима Марием и Цинной Филипп сохранил нейтралитет. Поэтому требуется дополнительное объяснение его позиции.
Действия консуляра объясняются, по-видимому, тем, что во время ценза 86—85 гг. он, очевидно, вычеркнул Суллу из списка сенаторов, теперь же, чтобы сохранить значительный политический вес при будущих победителях, одного нейтралитета было мало. Перейдя же на сторону еще не добившегося успеха Суллы, Филипп оказал ему слишком значительную услугу, чтобы стать для сулланцев если не своим, то, по крайней мере, не чужим, без чего последний взлет консуляра в 78—77 гг. вряд ли стал бы возможен.
Куда более симптоматичным стал переход к Сулле Публия Корнелия Цетега — одного из тех, кто был объявлен hostis в 88 г. (Арр. ВС. I. 80. 369). Уже после избрания Карбона консулом к Сулле присоединился, прихватив вверенную ему казну, квестор Карбона Гай Веррес (Cic. Verr. II. 1. 11 и 34)[912].
Как предполагает Э. С. Грюэн, когда стала очевидной победа Суллы, к нему явился Гней Корнелий Долабелла (Gruen 1966, 394), который станет претором в 81 г. и, стало быть, в 83 г. он уже сенатор. Сменил фронт, очевидно, и Луций Сергий Катилина[913] — на тот момент еще, видимо, даже не квестор[914]. Зато нет сведений, чтобы кто-то перебежал к марианцам. Это наглядно характеризовало крайне неблагоприятную для марианцев обстановку в среде правящего слоя, что и подтвердила кампания 82 г.
907
Exup. 7. 47-48Z. Возможно, это происходило как раз во время консульских выборов (Scardigli 1971, 242).
908
Schur 1942, 166; Hinard 1985b, 173.
909
Salmon 1964, 75; 1967, 382-383; Frier 1971, 601, п. 85.
910
Это подтверждает наблюдение Ф. Сантанджело, что в 84—83 гг. Сулла вел себя уже иначе, чем в 88 г. Однако аргументация ученого, как представляется, неудовлетворительна — он приводит в пример переписку Суллы с сенатом и переговоры со Сципионом, но и в 88 г. тот также принимал посольства от сената. Разницу исследователь видит в том, что в 88 г. это привело лишь к отсрочке решающего столкновения, т. е. исходные цели не менялись (Santangelo 2018, 197-198). Но и в 84—83 гг. имело место то же самое — обмен письмами с сенатом оказался лишь пропагандистской акцией, переговоры же со Сципионом привели не к соглашению, а к переманиванию Суллой на свою сторону армии неприятеля. А вот соглашение с италийцами, не учтенное Ф. Сантанджело в данном контексте, свидетельствовало о значительной корректировке Суллой позиции, занятой им в 88 г.
911
Это следует из того, что именно Филипп проведет операцию по захвату Сардинии (Liv. Per. 86; Münzer 1930, 1565-1566). Поэтому можно усомниться в оценке Филиппа как «умеренного» (Hinard 2011, 64) — он оставался таковым только до тех пор, пока считал это выгодным.
912
И это — несмотря на знаки благорасположения, которые выказывал Верресу Карбон (Cic. Verr. II. 1. 34 — правда, Цицерон утверждает, будто Карбон был очень недоволен, что ему назначили квестором ленивого и расточительного Верреса, но насколько верны его сведения на сей счет, учитывая, что они содержатся в речи, где последний являлся объектом обвинения, сказать трудно).
913
Geizer 1923, 1694; Badian 1962, 60; Keaveney 1984, 143. На это указывает тот факт, что Катилина был женат на сестре Мария Гратидиана (Schol. Bern, ad Lucan. II. 174 U), но в 82 г. он принял активное участие в гражданской войне на стороне сулланцев (см. ниже). М. Гельцер связывает его поведение с позицией Помпея, поскольку Катилина входил в состав военного совета при его отце в 89 г. (CIL I2. 709. 11; Geizer 1912, 1694).
914
Cichorius 1922 173. Обычно считается перебежчиком Лукреций Афелла (Офелла) (MRR II, 72; Gabba 1958, 233; Badian 1962, 60; Keaveney 2005а, 117), однако чтение Marianarum (...) partium proditor (Veil. Fat. II. 27. 6), на котором основывается такая точка зрения, лишь одно из возможных. Впрочем, учитывая его последующую судьбу, это вполне вероятно. Предполагается также переход на сторону Суллы принцепса сената Л. Валерия Флакка (Schur 1942, 161, Anm. 4; Frier 1971, 597; Hinard 1985a, 121), поскольку его не было среди жертв Мария Младшего и Дамасиппа в 82 г. (см. ниже), однако само по себе это еще ничего не доказывает.