Россия на Дунае. Империя, элиты и политика реформ в Молдавии и Валахии, 1812—1834

Орлов был снабжен списками минимальных и максимальных требований, а также проектами договора и дополнительных актов к нему, составленными Дашковым[671]. Последний тем самым смог убедить Нессельроде внести некоторые изменения в статус княжеств, определенный Аккерманской конвенцией. В отношении Молдавии и Валахии минимальные требования включали отмену поставок продовольствия и строительных материалов Османам в обмен на соответствующее увеличение ежегодной дани, а также разрушение османских крепостей на левом берегу Дуная и возвращение территорий, ранее отчужденных в их пользу обратно в состав Валахии. Дашков также убедил вице-канцлера в необходимости сделать правление господарей пожизненным, создать карантин на Дунае и основать земское войско. Первая из этих мер «является надежным средством пресечения интриг и вымогательств, для которых семилетний срок оставляет слишком много возможностей». Второе требование было «важно не только для собственной безопасности [княжеств], но и для безопасности приграничных российских провинций». Третья из предлагаемых мер позволяла избавиться от османских бешлиев, чье присутствие в княжествах было «источником бессмысленных притеснений и поводом для частых беспорядков»[672].

В своей работе над инструкциями для Орлова Дашков принимал во внимание проект российско-османского договора, представленный А. С. Стурдзой российскому Министерству иностранных дел накануне войны. Он, по-видимому, также был знаком с проектом отдельного акта относительно княжеств, который Стурдза составил для российского министерства в мае 1829 года. В дополнение тех идей, которые Стурдза изложил еще накануне войны, проект отдельного акта предполагал возможность смещения господарей общими Собраниями диванов в случае «тиранически произвольного поведения с их стороны или посягательства на законы, обычаи и прерогативы, определенные существующими договорами». На этот раз Стурдза также предлагал сделать возможным избрание молдаванина в качестве валашского господаря и наоборот[673]. Спустя три десятилетия именно эта формула была использована в процессе объединения княжеств. Однако ни один из этих конституционных принципов не попал в сам текст Адрианопольского мира или в отдельный Акт относительно Молдавии и Валахии, к нему прилагавшийся. По этой причине не стоит преувеличивать влияние Александра Стурдзы на положения Адрианопольского мира, так же как не стоит преувеличивать его роль в создании министерских инструкций для боярского Комитета реформ.

Согласно тексту Адрианопольского мира, подписанного 2 сентября 1829 года, Российская империя не осуществляла никаких новых территориальных приращений в Европе за счет Османской империи за исключением Дунайского устья. Вместо этого Порта должна была выплатить значительную контрибуцию и подтвердить привилегии Сербии, Молдавии и Валахии. Отдельный Акт относительно Молдавии и Валахии, подписанный одновременно с основным договором, запрещал мусульманам селиться в княжествах, предписывал возвращение Валахии османских крепостей на левом берегу Дуная и территорий вокруг них, оговаривал создание дунайского карантина и земского войска в обоих княжествах, а также заменял все натуральные поставки Порте пропорционально увеличенной ежегодной данью. Османское правительство соглашалось на пожизненное избрание господарей боярами и обязалось утвердить административные регламенты, разработанные под присмотром временной российской администрации в княжествах «и начертанные согласно с желанием, изъявленным собранием почтеннейших обитателей края»[674]. Османские представители на мирных переговорах приняли все эти условия без малейшего сопротивления. «Турки, кажется, не смотрят более на [княжества] как на свое достояние, и без всякого затруднения согласились бы на полную уступку», – писал Дибич царю[675].