Амплерикс. Книга 1. Серый камень (СИ)

На поляне возникло несколько женщин, в руках у которых были небольшие камни, и эти орудия градом обрушились на непрошеных гостей. Крича от боли, деквиды побежали обратно, к выходу из леса, откуда они проникли в Землю Вдов, но свистящие в воздухе камни не дали им выбраться. Преследователи Апельгио упали наземь, постарались закрыть руками свои головы от обстрела, но вдовы одна за другой запускали в них булыжники, метя прямо в лица. Еще несколько бросков — и деквиды с проломленными головами затихли и лишь лихорадочно подергивали ногами в предсмертных судорогах.

Апельгио, кашляя, провел ладонями по своему горлу, испуганно поглядывая то на мертвых деквидов, то на вдов. Главная подошла к нему и протянула руку — тот схватился за нее и с усилием поднялся на ноги.

— Что ты делаешь здесь? — строго спросила Главная и, бросив взгляд на забитые камнями тела, добавила: — И кто это такие?

— Они хотели убить меня, — дрожащим голосом ответил Апельгио.

— Поняла уже. Почему они гнались за тобой?

— Мы с Баклием остановились в их деревне. Баклий попросил у них красный огонь, чтобы послать ноту на имя Верховного судьи. А ночью один из них напал на Баклия, убил его и начал есть.

— Есть? — Главная открыла от удивления рот.

— Да. Обглодал ему руку. Я сам видел. Одна деквидка из их деревни сказала, что людей можно есть. Животные ядовиты, а люди — нет. И тот ублюдок… Тот ублюдок…

Апельгио, поежившись, оглянулся и увидел Залину. Она неподвижно стояла на месте, недалеко от Главной, и по ее щекам текли слезы. Помедлив, Апельгио подошел к ней и положил свою руку ей на плечо.

— Мне жаль, Залина.

— Он… мертв?

— Мне очень жаль. Он был моим лучшим другом. Добрый, доверчивый. Я много где побывал, но таких, как Баклий, не встречал. Я сам еще не осознал, что Баклия больше нет.

Залина закрыла лицо ладонями и заскулила. Главная приблизилась к ней и обняла, крепко прижав к себе. Остальные вдовы удивленно смотрели на них — видимо, впервые за долгие годы им довелось стать свидетелями того, что Главная проявила сострадание, которому, казалось, не было места в душе их предводительницы.

— Ничего, ничего, — доносилось до остальных тихое шептание Главной, — это жизнь. Ты же сама понимаешь, что вы с ним были из разных миров.

— Он хотел послать красный огонь Верховному судье, — всхлипывая, бормотала Залина, — чтобы судья разобрался, освободил бы меня. И тогда я стала бы его женой…

— Девочка, — ласково говорила Главная, — не все в этой жизни происходит так, как нам хочется.

— Но он послал огонь, — сказал Апельгио.

Главная развернулась и вопросительно посмотрела на юношу. На мгновение Залина перестала рыдать и тоже взглянула на Апельгио.

— Послал?

— Ну да, — ответил Апельгио. — Я своими глазами видел, как огонь на огромной скорости полетел в сторону Триарби. Поэтому старшина той жуткой деревни и приказал этим двоим, — он кивком головы указал на бездыханные тела деквидов, — схватить меня и бросить диетрам на съедение. Чтобы не было свидетелей. Чтобы Верховный судья не узнал о том, что старшина все это время покрывал убийцу среди своего народа.

— Баклий. Мой милый Баклий… — Залина вновь разрыдалась.

Главная сложила руки у себя на груди. Постояв немного, она обратилась к Апельгио:

— И что ты теперь собираешься делать?

— Я… Не знаю, я пока не думал об этом. Наверное, пойду обратно, искать андамит. Только в этот раз постараюсь обойти стороной ту жуткую деревню.

— Иди за мной, — приказала ему Главная и, резко развернувшись, пошла в сторону Белого Моста.

— За вами? — переспросил удивленный Апельгио, но Главная ничего не ответила, а лишь строго посмотрела на него, дав понять, что дважды свою просьбу повторять она не намерена.

***

Работники рудников в Байхиби заканчивали очередную рутинную смену.

— От тебя воняет пивом! — недовольно воскликнул один из работяг своему напарнику, который заводил шевров в деревянные стойбища.

— Кретин, у тебя с нюхом проблемы, — рыкнул на него напарник.