Амплерикс. Книга 1. Серый камень (СИ)

— Ну? — сказал Варго. — Чего медлишь? Говори.

— Уже можно, да?

— Вполне. Огонь ждет тебя.

Баклий вздохнул, немного помялся и начал говорить дрожащим голосом:

«Ваша Светлость, или как к вам надо обращаться? Уважаемый… Глубокоуважаемый Верховный судья, великий и достопочтенный вершитель судеб! К вам имеет честь обратиться Баклий из Сентры. Я один из добровольцев, кто отправился на поиски андамита для Ее Величества Калирии Бальерос. Со мной по Амплериксу путешествует мой лучший друг Апельгио. И в поисках серого камня нам довелось побывать в Земле Вдов. Вроде бы мы с Апельгио стали первыми мужами, которые туда попали. И там есть девушка, ее зовут Залина. Она из Серебряной Слезы. Родители сослали ее в Землю Вдов, потому что она непристойно вела себя со своей младшей сестрой Силией. Но Залина рассказала мне, что сестра подставила ее, потому что хотела заполучить эспир. Сестра наврала родителям, что Залина трогает ее во время купания, а отец Залины так рассвирепел, что даже разбираться не стал — просто сослал Залину в Землю Вдов. Она молодая, чудесная девушка. И это несправедливо, что такая замечательная девушка обречена на вечную ссылку в Землю Вдов. Она не должна прозябать там, среди остальных. Залина хочет нормальной жизни, хочет иметь мужа и настоящих детей. И это все очень несправедливо, я считаю. А кто, если не Верховный судья, способен свершить правосудие и восстановить справедливость? Вы ведь для этого существуете у нас на Амплериксе, чтобы бороться с несправедливостью, ведь так? Поэтому я очень прошу вас вызволить Залину из Земли Вдов и вернуть ее обратно в Серебряную Слезу. Ну или куда угодно еще. Но лишь бы не там. Спасибо, большое спасибо вам заранее за то, что вы во всем разберетесь и спасете ее. Просто как надо, так и сделайте. Ну, наверное, мне больше нечего добавить, кроме того, что и я, и Залина смеем смиренно ожидать вашего величайшего благосклонного правосудия. Спасибо. До свидания».

Он замолчал. В доме Варго стояла тишина. Внезапно огонь налился ярким красным свечением, дрогнул, поднялся над железной емкостью и, точно стрела, пущенная самым искусным лучником Эрзальской долины, стремительно вылетел через окно дома Варго.

— Это что? — спросил Баклий. — Он полетел к судье?

— Видимо, — ответил Варго.

Варго улыбался — было заметно, что его тронула эта наивная сбивчивая речь, которую Баклий начитал на красный огонь. Так может делать только влюбленный. Варго хорошо это знал, ибо сам был дважды влюблен. Две любви, две боли. Если та самая Залина ответит Баклию взаимностью, парень не познает того, что познал Варго. Особенно в первую свою влюбленность, когда лишь отблеск разума в затуманенной ревностью голове не позволил Варго сунуть свою голову в пасть диетре. От этого поступка выиграла бы его неверная возлюбленная, а еще диетра. Но точно не Варго. Во второй раз он никогда не влюбится, решил он. Но влюбился, пусть и не так сильно, как впервые. И пусть в этот раз неверным был уже он.

— Мы даже не знаем, как отблагодарить вас, — сказал Апельгио, глядя вслед огню, который уже успел превратиться в крошечную красную точку, и она становилась все менее заметной взгляду по мере того, как рассекала равнину по направлению на северо-запад.

— Не стоит, — ответил Варго.

— Ну как же это не стоит? — возмущенно воскликнула жена Тевиля. — Пусть вон свиньям моим еды даст, что ли. У меня пальцы-то уже не те, чтобы жратву им таскать.

— Если захотят, то помогут, — отрезал старшина.

— Конечно, бабуль, — воодушевленно сказал Баклий. — Показывайте, что и куда нужно отнести.

Под вечер Апельгио и Баклий собрались покинуть эту деревушку, но Варго настоял на том, чтобы они заночевали в их деревне. «Огненные шары поубавили свой жар, да и эспир мой показывает, что близится ночь. Переведите дух у нас, а завтра пойдете дальше искать этот серый камень».

***

Расстроенный, раздавленный всем тем, что произошло накануне в Серебряной Слезе, Шай покинул этот город. Миновав хрустальные статуи Квареби и Ирении, он направился к лодкам, пришвартованным у статуй, чтобы проделать обратный тернистый путь и постараться добраться до Гальтинга как можно скорее. За миг до того, как запрыгнуть в лодку, он окинул взглядом хрустальный замок Серебряной Слезы, осознавая, что в этой земле остается Лафре, память которого была безжалостно стерта жестоким и расчетливым мэром Аргани. Лафре, Лафре… Наивный, спокойный. Умный, добрый, скромный. Сильный, да, бесспорно. И бесконечно влюбленный. Бесконечность и безответность любви Лафре к патрицию соревновались друг с другом, словно две соперницы, обходя одна другую в гонке. А Шай превосходно был осведомлен об этом. И не делал ничего.

Шай вспомнил, как впервые увидел Лафре. В тот день к Гальтингу причалила каравелла из Медистого плато, чтобы принять на борт лекарства и кованые наконечники для топоров и мотыг. Когда погрузка товара закончилась, а каравелла поднялась в воздух и поплыла на ветрах обратно на запад, на земле остался стоять худощавый юноша. Патриций сидел на свежей траве неподалеку и натягивал тетиву на новый лук, который он изготовил своими руками. Шай приковал взгляд к незнакомцу — тот непонимающе оглядывался по сторонам, будто искал дорогу. Незнакомец устало вздохнул, повернулся в сторону патриция, и локоны его вьющихся волос цвета сахарной патоки маняще заколыхались на ветру. Поймав на себе взгляд молодого человека, Шай опустил глаза к луку, с усилием сгибая оружие, чтобы надеть на его окончание упругую свежую тетиву. Лафре подошел к патрицию и спросил, как ему пройти в казарму лучников. Как только Шай услышал его робкий голос, то понял, что больше всего хочет овладеть этим необыкновенно хорошим собой юнцом. Спустя два дня в старой заброшенной казарме запыхавшийся Шай застонал от удовольствия, и тогда Лафре повернулся к патрицию и с некоторым стыдом посмотрел на него.