На всемирном поприще. Петербург — Париж — Милан [сборник]

— Теперь-то уж наверное едем.

— Да… промучили таки нас порядком. Подумаешь, сколько времени сидим мы, сложа руки, в Генуе.

— Сколько времени! Какой ты чудак, право. Неужели ты думаешь, что снарядить такую экспедицию — то же, что стакан воды выпить.

— Разумеется, это дело трудное. А все-таки было ужасно скучно ждать.

— Вольно ж нам было кипятиться. Впрочем, что об этом рассуждать. Прошло ведь. Сегодня поедем наверное.

— Что это так долго нет генерала?

— Как долго? Разве он назначил час? Будьте вечером на пристани, велел он сказать нам, а часа не назначал.

— Ах, Боже мой, когда же, наконец, мы поедем!

— Смотри, пароходы уже дымятся. Каких-нибудь полчаса осталось, не больше. Хотелось бы мне знать, на котором из двух мне придется ехать.

— По мне всё равно, на том или на другом.

— Да и для меня, пожалуй, тоже…

— Тот, что направо, «Ломбардо», не правда ли?

— Да, «Ломбардо». Им будет командовать Биксио, опытный моряк. А тот, что подальше, «Пьемонт». Им будет командовать сам Гарибальди.

— А Федерико всё еще нет? — спрашивал Роберт, смотря по направлению к городу. — Кто знает, явится ли он. Ведь ты знаешь, он остается.

— Знаю, знаю! Приедет после с Медичи. Но он сказал мне вчера, что приедет проводить генерала… Кстати, вчера Федерико сказал мне, что вот этот пароход, как, бишь, его?..

— «Ломбардо»?

— Да, «Ломбардо», тот самый, на котором, в 49 году, он вернулся после римской экспедиции.

В эту минуту где-то вдали раздались громкие крики и рукоплескания. Все присутствующие повернулись в ту сторону, поднимаясь на цыпочки, чтобы лучше разглядеть. А рукоплескания и крики всё росли и росли, сливаясь в один оглушительный рев. Роберт и Валентин вскочили на камень, на котором сидели.