Русская революция. Ленин и Людендорф (1905–1917

Семковский после раскола социал-демократии в 1903–1904 гг. представлял Гомельский партийный комитет западной Могилевской губернии, в 1905 г. был арестован как член Петербургского совета рабочих депутатов, в 1907 г. эмигрировал за границу, там в Вене работал вместе с Троцким в редакции «Правды».

Вернувшись в 1912 г. в Россию, примкнул к особенно важной для Ленина латышской социал-демократии[509].

Либман, по рождению литовский еврей, с ранней юности жил в Калише — самой старой и богатой традициями еврейской общине Польши, активно работал в «Еврейском товариществе» — одном из предшественников основанного в 1897 г. как социалистическая партия Всеобщего еврейского рабочего союза в Литве, Польше и России (Бунда). После обучения в Варшавском университете по специальности «демография и статистика» переселился в Женеву, где в 1909 г. вступил на научную стезю. Как член Бунда за границей Либман с 1905 г. участвовал в конфликтах Бунда, который тоже входил в РСДРП на правах национальной группы, с большевиками. Под влиянием австромарксизма Бунд с момента своего оформления в политическую партию избрал федералистско-национальное направление, а по причине широкого демографического рассеяния представляемого им еврейского населения по западным и юго-западным губерниям черты оседлости склонялся к требованию исключительно культурной автономии. Представляя в 1912–1913 гг. Центральное бюро заграничных организаций Бунда в Петербурге и редактируя здесь его печатный орган на идиш, газету «Ди цайт», Герш как международно признанный ученый (в 1913 г. вышла в свет его диссертация «Вечный жид в наши дни») обосновал требование национально-культурной автономии для живущих в России евреев. Поскольку за Бундом стояла большая часть еврейского населения (уже по данным первой всероссийской переписи населения 1897 г., насчитывавшего свыше 5 млн чел.) — рабочие, мелкая и средняя буржуазия (еврейская крупная буржуазия и академические круги в основном поддерживали кадетскую «Партию народной свободы», образованная мелкобуржуазная интеллигенция тяготела к меньшевикам, радикальная интеллигенция — к эсерам), — сосредоточенная преимущественно в южных и западных приграничных губерниях, Ленин постарался как следует ослабить его духовное и политическое влияние. Так же как с подкованностью Розы Люксембург в польском вопросе, он не мог тягаться и с научной компетентностью Песаха Герша в еврейском вопросе; его полемика и здесь принимала неподобающую форму политических обвинений и личных оскорблений. Особую остроту ей придавало то обстоятельство, что Бунд после окончательного раскола Лениным РСДРП в 1912–1913 гг. остался с меньшевиками и завоевывал среди них все больше сторонников своих умеренных представлений о культурной автономии, тогда как ленинская позиция по национальному вопросу с политической оглядкой на военные интересы центральных держав не по-марксистски ужесточалась.