Лик умирающего (Facies Hippocratica). Воспоминания члена Чрезвычайной Следственной Комиссии 1917 года
- Автор: фон Раупах Роман Романович
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Алетейя: Международная Ассоциация «Русская Культура»
- ISBN: 978-5-00165-355-4
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Лик умирающего (Facies Hippocratica). Воспоминания члена Чрезвычайной Следственной Комиссии 1917 года». Краткое содержание книги:
«Лик умирающего» — не просто мемуары о жизни и деятельности отдельного человека, это попытка проанализировать свою судьбу в контексте пережитых событий, понять их истоки, вскрыть первопричины тех социальных болезней, которые зрели в организме русского общества и привели к 1917 году, с последовавшими за ним общественно-политическими явлениями, изменившими почти до неузнаваемости складывавшийся веками образ Российского государства, психологию и менталитет его населения. Это попытка, одного смелого человека, заглянуть в «лицо умирающего больного», коим было Российское государство и общество, и понять, «диагностировать» те причины, которые приковали его к «смертному одру». Это публицистическая работа, содержащая в себе некоторые черты социально-психологического подхода, основанного на глубоком проникновении в социальные, культурные, поведенческие и иные особенности российского этноса.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
Многочисленными и вполне достоверными показаниями установлено, что Распутин умел влиять на Наследника так, что не только нестерпимые боли его прекращались, но и останавливалось кровотечение. Физиологи, конечно, дадут научное объяснение этому факту, как, например, объясняется же наукой таинственное искусство индийских факиров останавливать течение крови из ран, но в Царскосельском Дворце явление это толковалось так, как его объяснял сам Распутин, а именно силой и угодностью Богу его молитв. Что это так, видно из многочисленных телеграмм, посланных ему Государыней и писем к нему ее дочерей. Все они в сущности заключали в себе только одну повторявшуюся на разные лады просьбу: «помолитесь за Алексея, Ваши молитвы угодны Богу, Он услышит их».
Все рассказы и появлявшиеся в печати намеки на какие-то грязные отношения Распутина к Государыне и ее дочерям представляют сплошную и гнусную ложь. Из камер-фурьерских журналов, в которых записывалось каждое посещение Распутина, видно, что во время войны, например, он вызывался во дворец только тогда, когда Царь возвращался к семье, да и вообще установленная расследованием обстановка жизни Царской семьи не оставляла ни малейшего сомнения в нелепости и злонамеренности этих слухов. Эта заведомая лживость и упорство в распространяемой клевете и привели Руднева к убеждению в существовании какого-то определенного источника, из которого они исходили. Сложное расследование дела Распутина, к сожалению, не было окончено, частью вследствие ухода Руднева, вызванного разногласием со стоявшем во главе комиссии адвокатом Н. К. Муравьевым, частью вследствие насильственного прекращения октябрьским переворотом деятельности всей Следственной комиссии. Дать потому обоснованное заключение по этому делу было бы неосторожно, но некоторые более или менее вероятные предположения сделать все же возможно.
Большая часть скандальных историй о Распутине появилась прежде всего в газетах самых правых из политических партий того времени. Обстоятельство это представляет тем более странным, что попойки и кутежи, в которых участвовал Распутин, устраивались обыкновенно лицами либо принадлежавшими к этим партиям, либо весьма близкими к ним. В Московском ресторане «Эрмитаж» в то время ежедневно устраивались самые невероятные безобразия, но обыкновенно такого рода художества за стены ресторана не выносились и оставались известными небольшому кругу его посетителей и ресторанной прислуге. Когда, однако, кутящая компания завлекла туда Распутина и окружила его женщинами, в кабинет внезапно явилась полиция и составила протокол, ставший на другой день известным всей Москве.
Из записей в журналах охранного отделения видно, что Распутин, живший в Петербурге на Гороховой улице20, был окружен сыщиками. Не только вся прислуга его, но дворник дома, швейцар и даже извозчики, стоявшие у подъезда его дома, были агентами полиции. В журнале имелись самые подробные сведения о всех посещавших Распутина лицах, времени их нахождения в его квартире и даже о его беседах с ними. В журнал этот занесено много лиц, носивших громкие фамилии и тем не менее не брезгавших ездить на поклон к сибирскому мужику в целях достижения своих стремлений. Он дает полную картину жизни и времяпрепровождения «старца». Жизнь его в доме была в общем, весьма скромная: ни попоек, ни оргий он у себя не устраивал, да и не мог устраивать, так как в одной квартире с ним помещались две его дочери — девушки21. Случалось, однако, и притом нередко, что его увлекали в первоклассные петербургские рестораны, где он обыкновенно напивался и тогда развратничал. Все это проделывалось им в такой же мере и степени, как оно проделывалось множеством и других беспутных и распущенных людей. Ни в журналах охранного отделения, ни в показаниях многочисленных свидетелей не было однако, никаких фактических данных, подтверждающих упорно распространявшиеся слухи, о каких-то его сверхчеловеческих половых эксцессах. Он развратничал, как развратничали и другие, с тою только разницей, что эти другие были «господа» и наслаждались они потому аккуратно, по-господски, а он был «мужик» и обжирался по-мужицки, и притом не только яствами и винами, но и женским мясом.