Николай Вавилов. Ученый, который хотел накормить весь мир и умер от голода

Но Москве требовались не просто слова. Если граждан не накормить, завоевания революции окажутся под угрозой. В начале августа 1931 года партия и правительство издали поразительное и абсолютно невыполнимое постановление[255]. Обычные десять – двенадцать лет, необходимые для выведения новых сортов сельскохозяйственных культур, требовалось сократить до четырех. По пшенице требования были еще более жесткими. Советское руководство предписало в течение двух лет заменить низкоурожайные сорта, используемые в то время в сельском хозяйстве, новыми, прошедшими сортоиспытания, высокоурожайными. Пшеницу требовалось улучшить, чтобы быстро заменить рожь на севере и востоке страны. Новые сорта должны были быть устойчивы к вредителям и болезням, свойственным районам с засухой и летней жарой; эти сорта требовалось получить за четыре-пять лет вместо десяти – двенадцати. Партийно-правительственное постановление также коснулось выращивания картофеля.

Такой подвиг, заявило правительство, выполним вследствие массовой коллективизации «именно в силу преимущества крупного социалистического хозяйства – совхозов и колхозов и плановой системы руководства сельским хозяйством СССР». Конечно, добавляло правительство, это не под силу ни одной «даже из самых передовых по сельскому хозяйству капиталистических стран», поскольку у них не тот строй[256].

Примечательно, что правительство не просило Вавилова отказаться от исследований в области генетики; августовское постановление 1931 года следовало выполнить «на основах новой заграничной техники с применением новейших усовершенствованных методов селекции (на основе генетики)». Но общественное дело уже не ограничивалось усилиями одних научных институтов. «В это дело должны быть вовлечены все партийные и советские организации и широкие массы колхозников и рабочих совхозов»[257].

Выполнить такой приказ было невозможно даже с использованием теплиц, как предлагало правительство, и Вавилов с коллегами это знали. Выращивание растений в теплицах действительно ускоряло выведение новых сортов, но эти сорта все равно сперва необходимо было испытать в самых разнообразных условиях. Вавилов просил у наркома больше времени на выполнение задачи, говоря, что в лучшем случае они смогут вывести новые сорта за десять лет вместо двенадцати, но Я. А. Яковлев отмел его обращение: «Нам некогда ждать десять лет»[258].