Дочки-матери, или Во что играют большие девочки (Сборник)
- Автор: Гурова Любовь Романовна, Галицкий Саша
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Время
- ISBN: 9785969120624
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Дочки-матери, или Во что играют большие девочки (Сборник)». Краткое содержание книги:
Именно они сейчас у власти в нашей стране. Именно они – родители тех, кому сейчас 30–40–50 лет.
У нашего поколения, у тех, кто родился в 70–80-е, один из самых частых запросов на работу с психологами – «я не хочу быть таким, как они. Я не хочу быть похожим на них. Я не хочу обращаться со своими детьми так, как они».
Что же такого делало – и чего не делало – поколение наших родителей со своими детьми, с нами? Такого, что мысль быть похожим на них наполняет нас ужасом? Переработав огромное количество материала по этой теме, я могу ответить просто: оно не справлялось.
Они били нас и дрались друг с другом. Часто – избивали. Они усыновлялись и удочерялись к своим совсем маленьким детям, в три года научив их: «Ты уже взрослый». Отцы почти поголовно пили. Матери не заступались за своих детей ни перед школой, ни перед отцами, ни перед другими взрослыми. Они имели сложные отношения с деньгами и сексом, почти не имея ни того ни другого.
Они жили в хрущевках со своими родителями, даже не делая попыток отселиться. Они не разговаривали с нами, своими детьми, ни о смерти, ни о болезни, ни о любви, не говорили о сложном и важном. Они говорили на все наши просьбы «денег нет» и закрывали дверь перед нашим носом, если мы не приходили домой вовремя. Наконец, они беспрерывно орали на нас. Они говорили соседям «алкаш», «разведенка», «торгаш», «мещане» и «чтоб вы сдохли».
…Они рисовали снежинки на окнах к Новому году. Они наряжались Дедом Морозом, наши папы – и наши мамы, если пап не было. Они придумывали конфеты из смеси «Малютка», умели варить затируху, как их матери в войну, ходили в походы и катали нас на велосипедах.
Они «доставали» – колбасу, платья, сапоги, туфли, пальто; они очень плохо одевались и радовались каждой новой вещи. Наши мамы плевали в тушь «Ленинградская» и ювелирно точно красили ресницы, собирали хрусталь и книги, часами, плача от страха и жалости, стояли под окнами детских палат в больницах – к нам их не пускали.
Они устраивались в детские сады и школы нянечками и уборщицами, лишь бы быть рядом. Они ревели, когда их бросали мужья, когда заболевали подруги, когда мы не слушались, они не знали французских духов, полноценного сна и в основном большую часть жизни недосыпали.
Отцы приносили в кулечке конфеты и ягоды, мастерили с нами по вечерам парусники, рассказывали сказки, читали. Они ходили в школу и потом пороли нас по итогам разговора с учителем или утешали нас. Они говорили с нами о космосе, о войне и о дедушке – Герое Советского Союза.
Они учили нас точить карандаши, приносили мимозу на 8 Марта, умели чинить обувь и радиоприемники. Они учили давать сдачи. Они могли ни разу не сказать нам «я тебя люблю» и плакали на наших свадьбах.
Они бросали кафедры и шли торговать на рынке в 90-е, они возили клетчатые сумки, становились теми самыми «торгашами» и «мещанами», чтобы мы могли выжить.
Они рожали нас, когда сами были совсем юными, в 18–20 лет. Они не справлялись.
Они справлялись как могли.
За несколько лет работы с этой темой мои гнев, возмущение, ужас переродились в сострадание, в уважение, в боль. Я знаю, какими они были маленькими, наши родители. Знаю, что им доставалось и чего, огромного, не доставалось.
Их родители, наши бабушки и дедушки, восстанавливали разрушенную страну.
Если наши маленькие мамы и папы были живы, целы, здоровы – всем этого было достаточно. А в каком они настроении, одиноко ли им, страшно ли им, стыдно или непонятно, – понимать это в семьях ни у кого почти не хватало сил.
Потом, они были юными, и страна говорила с ними с позиции стыда и страха, но никогда – уважения и поддержки. С ними никто не говорил о сложном и важном, о любви и смерти, с ними не говорили вообще. Оказалось, невозможно работать с семейными сценариями того времени, не погружаясь в политику, историю, географию, экономику послевоенных лет.
И у нас, их детей, всегда есть вопросы: почему родители такие? Почему они так безжалостны ко мне? Почему они так беспощадны к себе? Как хочется наладить что-то в общении с ними…
Порой важно взглянуть на наших родителей глазами взрослых людей. И понять тот язык, на котором наши родители говорят нам о своей любви.
Поняв их, мы лучше понимаем, какие мы, почему такие и отчего мы счастливы или несчастливы.