«Если есть на свете рай…» Очерки истории Уругвая

Государство стало монополистом в сфере страхования. Оно, посредством своих предприятий, являлось одним из крупнейших производителей алкоголя и продуктов нефтепереработки, было собственником мясоперерабатывающего завода и рыболовецких траулеров, производило рыбные продукты и химикаты, контролировало основные банковские учреждения, телефонную систему и порты страны.

Скотоводы долгое время тщетно жаловались на то, что иностранных мясоперерабатывающие предприятия, которые устанавливали квоты на поставки мяса и имели доступ на Лондонский рынок, устанавливали слишком низкие закупочные цены на мясо. И для противодействия иностранному капиталу в 1928 г. правительство создало национальное мясоперерабатывающее предприятие «Национальную мясохладобойню (“Frigorífico nacional”), которое поддерживалось государством и возглавлялось советом, состоявшим из представителей от правительства, Сельскохозяйственной Ассоциации и Сельскохозяйственной Федерации.

Государство также стремилось облегчить положение предприятий в сфере животноводства за счет предоставления кредитов на льготных условиях через Государственный банк («Banco de la República»). Эти кредиты использовались, в частности, для улучшения породы скота, закупки (в основном из Англии) племенных быков Герефордской породы.[303]

Кроме создания государственного сектора в экономике власти всемерно поощряли развитие местной промышленности. Так, за десятилетие с 1920 по 1930 гг. в стране было построено 4408 новых промышленных предприятий.[304]

Согласно переписи 1930 г., в стране насчитывалось 7403 промышленных предприятий, время основания и количество которых определялись следующими данными.

До 1876 года было основано 137 предприятий:

С1876 по 1900 г. – 577;

С 1901 по 1914 г. – 1272;

С 1915 по 1919 г. – 1009;

С 1919 по 1930 г. – 4408.

Всего 7403 предприятия, из которых более половины было создано в эпоху батльизма[305]. При поддержке государства получили развитие различные отрасли, относившиеся в основном к легкой промышленности, что способствовало сохранению внутри страны крупных денежных сумм, которые ранее вывозились за границу с целью приобретения большей части потребляемых промышленных товаров.

Новая экономическая политика способствовала тому, что национальный доход значительно возрос как за счет расширения собственной промышленной базы, так и за счет увеличения экспортных доходов. В стоимостном выражении экспорт удвоился к началу 20-х гг., и за период 1926–1930 гг. поставки мяса за рубеж продолжали расти быстрыми темпами, составив в среднем ежегодно 206 тыс. тонн – рекордная цифра, которая никогда не была превышена вплоть до настоящего времени.

Некоторые из государственных предприятий были убыточными и существовали только за счет дотаций. Другие же приносили неплохую прибыль, и в итоге чистый доход государственных предприятий за период 1937–1940 гг. составлял в среднем ежегодно более 10 млн песо[306].