Электронная книга - «Конец партии: Воспламенение (СИ)». Краткое содержание книги:
- Держи это. Рысью в типографию. Я хочу, чтобы уже сегодня вечером это читал весь Париж.
- Э… - я перелистнула бумаги; текста было много, для наборщиков это был сущий ад. - Слушайте, тут так много, они могут не успеть…
- Должны успеть, - отчеканил Марат. - За что я им плачу, черт возьми? Давай уже, поднимайся, беги к ним.
- Но я хотела пообедать…
Молча он извлек из кармана небольшое яблоко и вручил мне, как переходящее знамя.
- Теперь довольна? Беги давай.
- Но мне этого не хватит! - уперлась я.
Кажется, он хотел отвесить мне подзатыльник, но вместо этого вытащил из другого кармана пирожок, завернутый в кусок бумаги. Мне пришлось заставить себя убрать пирожок в карман, а не впиться в тесто прямо сейчас.
- А еще что-нибудь у вас есть? - поинтересовалась я уже для проформы.
- Нет. Ты будешь идти или нет?
Краем глаза я увидела, как возвращаются в зал заседаний Дантон, Камиль и прочие заседавшие в кабинете. Они неторопливо растекались по своим местам с таким видом, будто никуда и не отлучались, и на секунду у меня возникло впечатление, что никто и не заметил их отсутствия. Но оно тут же рассеялась, когда я увидела, что Робеспьер, пронзительно прищурившись, изучает вернувшихся взглядом. Впрочем, от него глупо было пытаться что-то скрыть.
- Опять застыла, - Марат легко ткнул меня в бок. - В следующий раз позаседаешь. Иди уже.
- Эй, осторожнее, - я дернула рукой, когда мне показалось, что он хочет взять меня за нее, - я, кажется, запястье сломала…
- Сломала запястье? Левое? - с недоверием спросил он, бесцеремонно хватая меня за руку. - Да быть не может, ты бы сейчас орала от боли, а не сидела тут рядом… - я охнуть не успела, как он отточенно и привычно ощупал поврежденное место и вынес вердикт. - Не сломала ты ничего. Ушиб. Зайдешь к Симоне, приложишь холодное.
- А…
- Уйди уже с глаз моих долой.
Я поднялась со скамьи и хотела было устремиться к выходу, пользуясь тем, что все слушали продолжавшего разглагольствовать Верньо, но в последний момент вспомнила кое-что важное и обернулась.
- А восстание?
- Что восстание? - Марат уже думал о другом и с явным трудом понял, что я вообще обращаюсь к нему. - А, ты об этом. Сегодня ничего не получится.
- Ничего? - я вспомнила, сколько людей столпилось у решетки, и мне показалось, что он несет какой-то бред. - Как же так?
- У них кишка тонка закончить все сегодня, - отрубил он, неприязненно окидывая взглядом сидящих рядом с ним. - Нам понадобится второй заход. Я скажу, когда и где.
- Ладно, - откликнулась я и бросилась по ступенькам вниз. На секунду мне показалось, что между лопаток мне вонзился чей-то взгляд, мягко говоря, недружелюбный, но у меня не было времени даже обернуться: я и так слишком задержалась, приходилось нагонять упущенное. Ощущая, как в груди растет нечто огромное и горячее, я выбежала из зала заседаний через служебный вход, выскочила на дворцовое крыльцо и вознамерилась было дать стрекача, как тут чья-то крепкая рука схватила меня за локоть.
- Погодите-ка минутку, гражданка.
Услышав этот голос, я похолодела. Передо мной стоял Бриссо.
- Моя дорогая, - прохладно заговорил он, тревожно глядя мне глаза в глаза; мне хотелось сквозь землю провалиться или раствориться в воздухе, но приходилось стоять неподвижно и слушать, - то, что вы натворили, конечно, остроумно и достойно восхищения, но я убедительно прошу вас…
Я нервно сглотнула и крепче стиснула ладонь, в которой сжимала отданные мне Маратом бумаги. Мне не хотелось слушать, что еще Бриссо скажет мне. Больше всего мне хотелось вырваться и удрать, но на мою попытку вывернуться он ответил тем, что выпустил мой локоть и вцепился в больное запястье. Я глухо вскрикнула.
- Верните то, что забрали, - голос Бриссо был странно бесцветен, как и его лицо. - Вы даже не подозреваете, что натворили. Будьте благоразумной, верните деньги.
- Но… я…
- Там уже не всё? Чего-то не хватает? Неважно. Будем считать это гонораром за отличное представление. Но отдайте все остальное, иначе я…
- Иначе вы что?
Меня, застывшую в ужасе, будто облили из ведра с кипятком. Сама не своя от радости, я посмотрела на вразвалочку приближающегося к нам Марата так, будто мой ангел-хранитель спустился с небес, не меньше. Хватка Бриссо не ослабла, но от его спокойствия не осталось и следа: он подобрался, как охотник перед смертельной схваткой с диким зверем, и заговорил угрожающе:
- Иначе я буду вынужден отдать под арест эту ловкую гражданку. За кражу чужого имущества.
- А, вот оно что, - Марат с необыкновенной легкостью стряхнул с меня его ладонь, будто то не Бриссо был, а восковая кукла. - Не волнуйтесь, гражданин, ничего из ваших сбережений не пропало. Я бы этого не позволил. И, конечно же, все деньги вам вернут.
Я, получившая свободу, начала медленно отступать. В конце концов, эти двое взрослые мальчики, пусть сами разбираются, а у меня еще куча дел.
- Вернут? - подозрительно переспросил Бриссо.
- О да, - Марат явно наслаждался ситуацией. - Завтра же я принесу ваши деньги в Конвент и вручу вам их так, чтобы это видели все. А потом потребую объяснений, откуда они взялись и на что должны были пойти.
- Вы даже не подозреваете, - тихо заговорил Бриссо, и я непроизвольно съежилась. Марат не повел и бровью:
- Удивите меня.
Я не знала, как Бриссо удалось сохранить лицо. Но он ничем не напоминал человека, которого подловили - напротив, сохранил всю свою невозмутимость и даже не намеревался, кажется, оправдываться. Даже наоборот.
- Вы видите то, что хотите видеть, - начал он, презрительно глядя на своего оппонента. - В ваши мозги даже не может пролезть мысль, что…
Какая мысль не может пролезть в мозги Марата, он так и не договорил. К ним подлетел Бюзо, еще более бледный, чем обычно, тяжело дышащий, лихорадочно ослабляющий туго завязанный галстук.
- О чем вы тут разговариваете? - вопросил он почти истерично, переводя обезумевший взгляд с одного на другого. - Пьер, тебя ждут в зале!
- Да так, - Марат не дал Бриссо ответить, - говорим о ваших английских поставщиках. Может, вам тоже есть что сказать, гражданин?
На белом, как мел, лице Бюзо отразилось искреннее, ни разу не наигранное недоумение. Он явно не понял, о чем речь.
- О чем? - переспросил он слабым голосом. - О каких поставщиках?
- Не обращай внимания, - утомленно произнес Бриссо, беря сотоварища по партии под локоть, - он просто не в себе. Пойдем обратно.
- Но все-таки…
- Я потом все объясню, - пообещал Бриссо и неумолимо утащил своего бледного спутника обратно в зал заседаний. Марат смотрел им вслед, нахмурившись. Кажется, только что потерпела крушение какая-то выстроенная им теория. В этот момент раздался лязг решетки, которую, кажется, все-таки смела нахлынувшая людская волна, и этот звук подстегнул меня, как удар хлыста. Прижимая исписанные листы к груди так сильно, будто они - сокровище невероятной ценности, я почти прыжком преодолела все ступеньки дворцового крыльца и устремилась прочь от Тюильри к площади, где, как я успела запомнить, можно было найти фиакр.
После того бешеного дня, что ждал меня в типографии, я поняла, что для человека не бывает невыполнимых задач. Я работала, как заведенная, позабыв даже про свою травму, помогая наборщикам и подгоняя печатнику, который трудился, в прямом смысле не покладая рук. Несколько часов пролетели для меня как один, и когда мне принесли первый собранный выпуск - почти идеально пропечатанный, с минимумом опечаток, сцепленный и готовый к продаже, - у меня не осталось даже сил просмотреть его. Я присела на покосившийся стул рядом со станком, устало прислонилась к нему, и меня сморило, до того неожиданно, что я сама не заметила, как это случилось. Просто я закрыла на секунду глаза, а потом с трудом смогла их открыть, когда услышала рядом с собой голос Марата: