Христос под следствием. Журналист расследует факты об Иисусе

— Как вы думаете, — спросил я Уизерингтона, — могла ли возникнуть такая христология, да еще столь стремительно, если бы Сам Иисус не считал Себя Богом и Мессией?

— Нет, — жестко ответил Уизерингтон. — Если, конечно, вы не хотите сказать, что ученики Иисуса за эти годы полностью забыли, каким Он был, и что они не имеют никакого отношения к традиции, сложившейся за двадцать лет после Его смерти. Честно говоря, мне как историку такая постановка вопроса видится абсурдной.

В истории, добавил он, возможно все, но не все возможное равновероятно.

— Ну вероятно ли, к примеру, — спросил он, — чтобы подобная идея возникла ниоткуда, из воздуха, когда прошло всего два десятилетия после Распятия, и еще были живы люди, видевшие и помнившие Иисуса? С точки зрения истории эта гипотеза совершенно неправдоподобна. Вопрос в другом: что произошло за эти двадцать лет с умами и сердцами учеников, которые ранее ослушались, отвергли и покинули Его? Очевидно, с этими людьми произошло примерно то же, что испытал Иисус при крещении. Они получили подтверждение, что Иисус действительно Тот, кем, они надеялись, Он был.

Так кем же? Время нашей беседы истекало. Мне хотелось, чтобы Уизерингтон, подытожив все свои изыскания, поделился со мной выводами о том, кем, по его мнению, считал Себя Иисус. Я высказал эту просьбу и выжидательно подался вперед.

— Иисус считал Себя Тем, — уверенно начал он, — Кого Бог послал на землю ради полного и окончательного спасения человечества. Он знал, что Бог избрал Его для этой миссии, наделил силой и властью. Он говорил от имени Бога. Значит, слова Иисуса — это слова Бога, и дела Иисуса — дела Бога. Согласно иудейской традиции, доверенное лицо, действующее по поручению, — все равно что сам поручитель. Вспомним слова Иисуса: «Так как вы сделали это одному из сих братьев Моих меньших, то сделали Мне». Между поручителем и посланником существовала прочная связь. Иисус верил, что Он — Божий Посланник, чья миссия — искупление Божьего народа. Народ, погрязший в грехах, погибал, и Богу вновь предстояло сделать то, что Он уже не раз делал, — вмешаться в ход истории и повернуть Своих избранных на верный путь. Но этот раз был особенным. Бог давал Своему народу последний шанс.