Ветроум. Странное, страшное, смешное в повседневной жизни русской провинции XVIII – начала XX века [litres]
- Автор: Коршунков Владимир Анатольевич
- Язык: русский
- Год: Неолит ООО
- ISBN: 978-5-6046372-1-0
- Жанр: История
Электронная книга - «Ветроум. Странное, страшное, смешное в повседневной жизни русской провинции XVIII – начала XX века [litres]». Краткое содержание книги:
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
Языческое гнездо
Обратим внимание на то место, которое обозначено отцом Иосифом так: «где нынешняя свистопляска и где находится часовня – при спуске к перевозу возле публичного сада». Там, по его убеждению, находилось «гнездо злого духа».
О Свистопляске и о старинной деревянной часовне Михаила Архангела на краю Раздерихинского оврага, где этот разгульный праздник начинался, многое известно. Свистопляска (более позднее наименование, во второй половине XIX и начале XX века – Свистунья) – проводившийся в городе Вятке календарный обряд весенне-летнего цикла, приуроченный к четвёртой субботе после Пасхи. Рассказывали, что в старину, несколько веков назад, вятчане, осаждённые врагами, призвали на помощь жителей Великого Устюга. Когда же те внезапно ночью появились под городскими укреплениями, вятчане приняли их за идущих на приступ врагов, вышли навстречу и перебили многих из своих союзников. А наутро, дескать, повинились, раскаялись, затем поставили на месте погребения союзников-устюжан часовню и стали ежегодно их поминать. Празднование Свистопляски начиналось с панихиды по «убиенным устюжанам» при часовне, близ Александровского сада, у Раздерихинского оврага[357] (этот овраг отцом Иосифом назван спуском к перевозу через реку Вятку). В XIX веке это был центр города, примерно в полукилометре от кафедрального Троицкого собора (где находился тот самый колодец, тоже заинтересовавший отца Иосифа). После панихиды на протяжении нескольких дней по городу раздавался свист: звучали специально изготовленные к празднеству свистульки. Люди закупали десятки круглых глиняных «шарышей» и закидывали их в овраг. Разворачивалась ярмарка – знаменитые дымковские игрушки делались из глины в заречной гончарной слободе Дымково как раз к Свистопляске. Народ буйно веселился.
Обрядовые действия на Свистопляске, в том виде, как она проводилась в XIX веке (о времени более раннем у нас нет достоверных сведений), выявлены и прослежены неплохо. Высказывалось немало гипотез о происхождении и значении этого обрядового действа[358], но, кажется, никто не сподобился привести аргументы в пользу того, что это место было некогда обиталищем некоего бога удмуртов-язычников.
Из письма непонятно, кем и почему «это место также теперь признается гнездом злого духа». Видимо, так решил сам отец Иосиф. В тогдашнем обиходе «злым духом» (а также дьяволом, сатаной, шайтаном) применительно к языческим либо недавно крещённым народам Поволжья и Приуралья было принято именовать Кереметя (в ином варианте по-русски – Керемета). Живший в России историк Герард Фридерик (Герхардт Фридрих, Фёдор Иванович) Миллер в первой половине XVIII века отмечал, что, согласно верованиям черемис (марийцев), кроме пребывающего на небе великого и благого бога, есть и «диавол, который жилище свое имеет в воде»[359]. В публиковавшейся несколько раз во второй половине XVIII века компиляции литератора, историка, фольклориста и этнографа М.Д. Чулкова «Абевега русских суеверий» о черемисах сказано: «Прародителем богов злых качеств почитают сатану (Шайтан), коего не собственным его называют именем, но словом Ио. Он живет, по мнению их, в воде и бывает особливо в самый полдень лих»[360]. Этот же текст, слово в слово, приведён у автора второй половины XVIII века, учёного и путешественника И. Г. Георги[361]. Несомненно, что именно к суждению Миллера (отразившемуся и у Чулкова) восходит соответствующее предложение в очерке «Вотяки и черемисы», опубликованном в газете «Вятские губернские ведомости» в 1838 году. Считается, что этот, не подписанный очерк (как и другой, помещённый там же и тогда же – «Русские крестьяне Вятской губернии») принадлежит перу сосланного в Вятку Александра Ивановича Герцена[362]. Характеризуя верования не вотяков, а черемисов, Герцен утверждал: «Злой дух Шайтан живёт в воде и бывает особенно зол в полдень»[363]. О «злом духе» вотяков Герцен тоже упоминал в этой работе: мол, те верят «более в злого духа, который, по их мнению, самовластно управляет жизнию людей»[364]. Впоследствии, в книге «Былое и думы», Герцен, делая примечание о вотяках, заметил: «Диавол (шайтан) почитается наравне с богом»[365].
357
ЦГАКО. Ф. 682. Оп. 1-а. Д. 149 (Описание часовни у Раздерихинского оврага и кладбища за 1870 г.); Ф. 582. Оп. 24. Д. 492 (Дело о постройке в городе Вятке вместо деревянной каменной часовни, построенной на месте убитых устюжан).
358
Зеленин Д. Кама и Вятка: путеводитель и этнографическое описание Прикамского края. Юрьев: Тип. Эд. Бергмана, 1904. С. 145–148; Его же. Избранные труды. Очерки русской мифологии: умершие неестественною смертью и русалки. М.: Индрик, 1995. С. 134–135; Богуславская И.Я. О вятской Свистопляске // Советская этнография. 1988. № 2. С. 90–94; Теребихин Н.М. Сакральная география Русского Севера (религиозно-мифологическое пространство севернорусской культуры). Архангельск: Изд-во Поморского междунар. пед. ун-та, 1993. С. 116–118; Гомаюнов С.А. Проблемы методологии местной истории. Киров: Вят. гос. пед. ун-т, 1996. С. 114–116; Коршунков В.А. Свистопляска // Энциклопедия земли Вятской. Т. 8: Этнография, фольклор / сост. В.А. Поздеев. Киров: Обл. писат. организация, 1998. С. 341362; Его же. Вятская Свистопляска: от коммеморации к городскому празднику // Фольклор и антропология города. 2019. Т. 2. № 1–2. С. 346359; Балыбердин А., прот. О смыслах Вятской Свистуньи // Вятская книга. 2010 год: сб. ст. / сост. И. В. Заболоцкая, Н. В. Стрельникова. Киров: Киров. гос. универс. обл. науч. б-ка им. А. И. Герцена, 2012. Вып. 3. С. 111–126; Рахно К.Ю. Новгородский прототип вятской Свистопляски // Зеленинские чтения: мат. Всерос. науч. конф. (Киров, 12 нояб. 2013 г.) / редкол.: С. Н. Будашкина (сост.) [и др.]; науч. ред.: В.А. Поздеев, М. С. Судовиков. Киров: Изд. дом «Герценка», 2013. С. 125–129; Рахно Костянтин. Свистопляска і Ренкавка (глиняні вироби в традиційно-побутовій культурі як джерело формування національної ідентичності слов’янських народів). Полтава: ТОВ «АСМI», 2013.
359
См.: История Марийского края в документах и материалах. Йошкар-Ола: Мар. кн. изд-во, 1992. Вып. 1: Эпоха феодализма / сост. Г. Н. Айплатов, А. Г. Иванов. С. 446.
360
[Чулков М.]. Абевега русских суеверий, идолопоклоннических жертвоприношений, свадебных простонародных обрядов, колдовства, шеманства и проч., сочиненная М. Ч. М.: В тип. Ф. Гиппиуса, 1786. С. 127.
361
[Георги И.Г.]. Описание всех обитающих в Российском государстве народов: их житейских обрядов, обыкновений, одежд, жилищ, упражнений, забав, вероисповеданий и других достопамятностей: творение, за несколько лет пред сим на немецком языке Иоганна Готтлиба Георги, в переводе на российский язык весьма во многом исправленное и в новь сочиненное: в четырех частях. СПб.: При Имп. акад. наук, 1799. Ч. 1: О народах финнского племени, известных по Истории Российской под общим именем руссов. С. 31.
362
См., например: Луппов П. Политическая ссылка в Вятский край. М.: Изд-во Всесоюз. о-ва политкаторжан и ссыльно-поселенцев, 1933. С. 15; Нович И. Молодой Герцен: страницы жизни и творчества. Изд. 2-е. М.: Сов. писатель, 1986. С. 132; Желвакова И.А. Герцен. М.: Мол. гвардия, 2010. С. 105; Судовиков М. С. Герцен: сюжеты вятской жизни. Киров: О-Краткое, 2012. С. 26–27.
363
Вотяки и черемисы // Вятские губернские ведомости. Прибавление. 1838. № 3. Ч. неофиц. С. 14. Труд Миллера, как уже установлено, действительно был одним из источников Герцена в этих его очерках. Однако сочинение Георги среди источников не указывается. Ср.: Степанов Н.Н. Об авторстве А. И. Герцена в статьях «Вятских губернских ведомостей» // Вспомогательные исторические дисциплины. Л.: Наука, 1982. Т. 13 / отв. ред. Н. Е. Носов. С. 89.
364
Вотяки и черемисы. № 3. С. 12.
365
Герцен А.И. Собр. соч.: в 30 т. М.: Изд-во Акад. наук, 1956. Т. 8: Былое и думы. 1852–1868. Ч. 1–3. С. 265. Прим. 1.