От Ржева до Берлина. Воины 3-й гвардейской истребительной авиадивизии о себе и боевых товарищах

Затем в самолёте полковника Сталина мы заменили мотор за одну ночь. Работал тогда Поварёнкин и механик Давыдов[238]. Утром он уже улетел на боевое задание.

Во вторую Сталинградскую операцию мы получили Як-7 из 3[-го] ЗАП. Полетели мы сначала в совхоз Сталинградский, а потом в совхоз Пролетарский, под станцией Котлубань. Там были исключительно ожесточённые бои, и нам приходилось не только ремонтировать, но и восстанавливать машины, а кроме того, и вывозить машины с посадок. Мы так вывезли штук 17. Всё кругом было заминировано. Мы связались с командирами-минёрами и вытаскивали их. Например, машины Долгушина и Избинского лежали рядом, и там было полито всё какой-то жидкостью. Когда мы подошли к машине Избинского, она взорвалась. А машину Долгушина мы всё же вывезли прямо с передовой[239]. Таких машин мы вытащили 17 своих и 5 чужих.

Там была вновь сформированная армия[240], и ничего из материальной части не было, и в смысле технического обслуживания аэродромов, не было даже проволоки и т. п. вещей. Я поехал на пристань, набрал там верёвок, канатов, блоков, и мы ночью оттуда всё привозили, так как днём ездить было нельзя, беспрерывно летали истребители. Да и ночью тоже нельзя было включать фары. Но всё же, как только стемнеет, мы отправляемся туда, с нами едет представитель минировочных участков, и оттуда везём самолёты. Один раз только взорвалась пустая машина из БАО, а вообще дело шло у нас хорошо. Правда, обстреливали нас много раз, но люди оставались невредимыми.

Я не помню, сколько мы восстановили машин, но во всяком случае, месяц ожесточённых боёв мы с этой материальной частью работали. А когда мы возили и восстанавливали машины, то работали под страшной бомбёжкой. Не было такого дня, чтобы над головой не висело бы 30–40 Ю-88, всё время клюют. А мы оттащим машины километров за пять и начинаем работать, закроем сверху соломой, натянем сетки, так как если не замаскировать, то истребители приходят и бьют.

Таким образом, мы там восстановили 17 чужих машин и продержались там полтора месяца. Сбитых самолётов там было 89.

После этого был получен приказ отправляться в Москву. Сдали мы в 488[-й] полк 19 машин отремонтированных, 6 машин неисправных, так как не было тогда моторов. 7 машин отвезли в мастерские, так как мы их просто подобрали на поле и ничего не успели с ними сделать. Было у нас пять «мессершмиттов», полковник Сталин приказал взять их для изучения лётному составу. Мы их погрузили на станции Иловайская, привезли в Люберцы, сделали из них три машины, на которых лётный состав практиковался. Летали напеременку с нашими машинами.