Великие тайны русского престола
- Автор: Ушаков Александр Геннадьевич
- Год: 2018
- Язык: русский
- Год: Мультимедийное издательство Стрельбицкого
- ISBN: 978-0-88-715033-3
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Великие тайны русского престола». Краткое содержание книги:
Мы многое знаем о наших правителях, и с каждым днем продолжаем узнавать что-то новое, заставляющее нас взглянуть на них совершенно под другим углом зрения.
Конечно, как и у всяких людей, у них были свои тайны. Большие и малые. И они нас интересуют не только из-за простого любопытства (кто был отцом Ивана Грозного), а из-за того, что с многими из них связана наша история.
Так, очень многие и по сей день считают Пестеля и Рылеева святыми, которых убил царь-сатрап.
И только немногим известно, что эти гуманисты-масоны готовили самое настоящее гестапо для России.
Все знают о свирепости Грозного и считают ее следствием его больного воображения.
Но мало кто познал истинные причины этой свирепости, которые крылись в глубокой вере царя, пытавшегося построить благочестие на крови.
Об этом и многом другом мы и расскажем Вам в этой книге.
Конечно, в одном издании невозможно охватить по сути дела необъятное, но мы выбрали самое интересное.
Воеводы привели к присяге черемис, чуваш и мордву и послали их Арское поле. Доказывать в бою свою преданность царю.
Началась ожесточенная схватка. Горные сражались отчаянно, но когда из города выкатили пушки, они отступили. Об их стойкости было доложено в Москву, и горные стали посещать столицу. Государь их жаловал, кормил и поил у себя за столом, дарил шубами, доспехами, конями и деньгами.
Конечно, это была не самая громкая победа, но главным для Москвы в этом случае была даже не помощь, а изменение настроения горных народов. Что, конечно же, сыграло свою роль в завоевании Казани.
Почему Грозный стал Грозным
3 декабря 1564 года царь присутствовал на богослужении в кремлевском Успенском соборе. После окончания службы он простился с митрополитом, членами Боярской думы, дьяками, дворянами и столичными гостями.
На площади перед Кремлем уже стояли сотни нагруженных повозок под охраной нескольких сот вооруженных дворян.
Царская семья покинула столицу, увозя с собой всю московскую «святость» и государственную казну. Видно было, что это ни обычная богомольная, ни увеселительная поездка царя, а самое настоящее переселение.
Побывав у Троицы, царь отправился в Александровскую слободу. Прошло несколько недель. Духовенство, бояре, окольничие и все приказные люди пребывали в недоумении.
Только 3 января 1565 года Иван подал о себе весть через прискакавшего в Москву дьяка Константина Поливанова, привезшего две царские грамоты.
В адресованном митрополиту списке царь перечислял измены бояр, воевод и «всяких приказных людей», какие они совершили до его совершеннолетия.
Да что там бояре! Царь гневался на все духовенство, на бояр, на дворецкого, на конюшего, на окольничих, казначеев, дьяков, боярских детей и приказных людей.
Он припомнил им все. И как грубили ему, и как обижали, и как казну с шубами и драгоценными сосудами растаскивали. Досталось в грамоте и духовенству, которое защищало изменников и воров.
Он обвинял их в том, что они о государе, государстве и обо всем православном христианстве не радели, от врагов их не обороняли, напротив, сами притесняли христиан, расхищали казну и земли государевы, а духовенство покрывало виновных, защищало их, ходатайствуя за них пред государем.
В конце концов, гласила грамота, «от великой жалости сердца», не стерпев всех этих измен, царь покинул свое царство и «пошел поселиться где-нибудь, где ему бог укажет».
В то время, когда члены думы и епископы сошлись на митрополичьем дворе и выслушали известие о царской на них опале, дьяки собрали на площади большую толпу и зачитали другую грамота царя, адресованную гостям, купцам и всему православному христианству Москвы.
В ней царь сообщал о своем отречении и просил, «чтобы они себе ни которого сомнения не держали, гневу на них и опалы никакой нет».
Объявляя об опале власть имущим, царь как бы апеллировал к народу в своем давнем споре с боярами и говорил о притеснениях и обидах, причиненных народу «изменниками-боярами».
Надо ли говорить, что оба послания царя произвели эффект разорвавшейся бомбы. Все замерло, столица прервала свои обычные занятия, лавки закрылись, а приказы опустели.
В смятении и ужасе жители Москвы принялись уговаривать митрополита, епископов и бояр «ехать в слободу, бить челом государю, упросить его не оставлять государства, владеть им и править, как ему будет угодно».
Да, что там говорить, Грозный рассчитал все правильно. Обрушиваясь на боярство и даруя прощение «народу», он, таким образом, приобретал мощную поддержку. По той простой причине, что народ ненавидел всех этих воевод и местных правителей лютой ненавистью.
«Это, — писал В. О. Ключевский, — был потрясающе точно рассчитанный политический маневр. Так царь Иван обзавелся согласием народных масс на террор».
Толпа на дворцовой площади прибывала час от часу. Возбужденные до крайности люди не собирались расходиться, а их поведение становилось все более угрожающим.
Допущенные в митрополичьи покои представители купцов и горожан заявили, что останутся верны старой присяге, будут просить у царя защиты от рук сильных и готовы сами «потребить всех государевых изменников».
Конечно, среди членов боярской думы противников Грозного хватало. Но из-за общего негодования на «изменников» никто из них не осмелился поднять голос. Расчёт Ивана на веру народа в доброго царя, борющегося с боярами-притеснителями, оправдался.