Анатолий Чубайс: великий инквизитор

Однако самым негативным результатом «долларового СПИДа» за минувшие десять лет «дерьмократии» стало катастрофическое падение общественной морали и рост криминалитета — убивают уже не только за «бабки» а просто так, причем московских и питерских ученых-бессребреников и университетских профессоров.

Появилась новая «профессия» — пожарокиллер: небольшая группа хорошо экипированных зажигательными смесями подонков по заказу конкурентов поджигает дом или фабрику в Москве или другом крупном городе РФ, дабы либо выбить конкурента с рынка, либо захватить затем земельный участок под домом.

Иногда интерес не материальный, а «моральный» — нагадить талантливому человеку (скажем, Валерию Гергиеву, художественному руководителю и дирижеру Мариинского театра, о чем уже писала питерская пресса): сорвать гастроли театра за границей («он там бабки зашибает, а я тут, гений, прозябаю») путем поджога в ночь с 4 на 5 сентября 2003 г. «Дома декораций» знаменитого театра. В результате дотла сгорели декорации к балетам «Лебединое озеро», «Баядерка», опере «Евгений Онегин» и др.; не дрогнула рука подонков даже перед уникальным занавесом-задником к «Баядерке» ручной работы 1901 г.!

И все это варварство на фоне почти двух миллионов беспризорных детей в больших городах России, причем большинство детей беспризорны при живых родителях — еще один страшный показатель деградации общества.

Добавьте к этому 50 тыс. ежегодно погибающих мужчин от потребления «самогонной» водки (2005 г.) и еще 45 тыс. гибнущих в автокатастрофах людей — и жуткая картина псевдодемократии и псевдорынка будет почти полной (см. также в приложении: «Кремль и водка»).

Между тем в России сформировались два общества: «рублевое» и «долларовое», причем и в том и в другом платят «с потолка». На госпредприятиях до сих пор существуют советские расценки и тарифы.

Вот что пишет в «Известиях» в октябре 2003 г. квалифицированный рабочий-станочник с большим производственным стажем М. Мишарин с «Адмиралтейских верфей» в Петербурге. «Кто-то удивляется фразе «…производительность рабочего в Южной Корее в 35 раз выше, чем в России. Неужели это правда?» (заметка-отклик «Это правда» // Известия, 2003. 11 сентября). А я не удивляюсь. Наоборот, удивляюсь фразе: «получаемая ими зарплата вынуждает их забыть о том, что делает нос сизым». Неужели не ясно, что дело не в самой зарплате, а в системе экономических отношений работодатель — работник?!

Могу привести в пример себя и свой завод «Адмиралтейские верфи».

Тот объем работ, который я делаю за полчаса, многие делают за день-два. А есть такие тупые, что и за две недели не справятся. Как различается произвольность труда? В 16 и более раз? А зарплата одинаковая» («Известия», 2003, 10 октября).

И сегодня, хотя уже давно в России якобы «рынок» и «демократия», социально-экономические отношения в «казенной» промышленности остались прежними, советскими. «Завод (государственный) финансируется по произведенным затратам, а не по результату, — возмущается М. Мишарин, — а так называемая прибыль начисляется как процент от затрат. То есть чем больше труда, денег, материалов ушло, как говорится, коту под хвост, тем больше прибыль».