Электронная книга - «Моя ненавистная любовь (СИ)». Краткое содержание книги:
Хартфилия внимательно следила за каретой, ей было крайне интересно, кто испортил ее «спальный» день. Однако когда она увидела кто приехал, всякую злость бесследно смело. Из кареты вышла красивая девушка, чьи волосы алого цвета развевались на легком ветерке, и женщина с беспристрастным выражением лица, которое покрылось множеством морщинок от неумолимого течения времени. Драгнил крепче прижал к себе Люси, но это не помешало ей оторваться от него и сорваться на бег. Секунда, и она крепко сжимала в объятиях аловолосую.
— Эрза!
Люси не могла поверить в реальность происходящего. Она скучала, очень сильно скучала по исповедницам, с которыми росла. Иногда вечерами она вспоминала свою прошлую жизнь, в эти моменты тоска разъедала ее сердце подобно кислоте. Они были ее семьей, она никогда не уходила надолго от них, и всегда знала, что у нее есть поддержка. Оказавшись в этом мире, Люси была совершенно одна. И хоть сейчас у нее появились новые друзья, Нацу и Игнил, это не могло заменить ее старую семью, как бы они не старались. Люси смирилась, давным-давно, ведь обратно она не попадет, пока не родит ребенка этериасу, или, возможно, не увидит их больше. Все, что ей оставалось — мечтать о скорой встрече и скрывать печаль, чтобы не волновать Нацу, другого выбора не было. Драгнил не отпустит ее, особенно сейчас.
Однако все оказалось намного лучше, чем она могла бы себе представить: она была вновь рядом со своими родными, и Нацу тоже оставался рядом. Ответные объятия Эрзы, которая в своей манере сжала ее крепко, немного больно, словно мягкую игрушку, доказывали, что это не очередной сон. Радость и облегчение от столь долго, и кажется, вечного ожидания хоть минутной встречи, чтобы увидеть близкие глаза, ощутить касание своих сестер и услышать их родные голоса, расцвели в ее сердце подобно подсолнухам на теплом солнце. Улыбка не сползала с лица, на глазах выступили слезы, даже у всегда строгой Полюшки приподнялись уголки губ и она не начала ворчать, когда одна из ее приемных дочерей спустя месяцы разлуки обняла ее. Это не было сном, радость там несравнима с той, что исповедницы чувствовали, наконец, встретившись после долгих трех месяцев.
— Это ей необходимо, Нацу. Ты правильно сделал, — одобрительно прошептал Игнил, положив руку на плечо племянника. Вот только, ни это, ни восторг его этери, не могли усмирить пробуждающего в нем зверя.
***
После долгого и плаксивого со стороны Люси приветствия, все прошли в трапезную, где вместе завтракали. Хартфилия не переставала осыпать женщин вопросами, как без нее протекает жизнь в поселении.
После того, как Люси забрало Министерство, все исповедницы двинулись туда вернуть свою сестру, однако там Верховные поставили их на место и сказали, это не ошибка — Люси Хартфилия является этери дома Драгнил. Вернуть им сестру сможет только сам Драгнил, и произойдет это не меньше чем через тринадцать месяцев, если вообще произойдет. Многие из них не до конца верили, что такие возможно — охотница на демонов этери демона — но у них не было другого выбора и они приняли это, надеясь на скорое возвращение своей веселой и оптимистичной сестры. Но не Эрза. Она не собиралась примиряться с произошедшим. Она пошла в Министерство, однако, для работы там исповедница должна иметь статус Верховной. Впрочем, для Белсерион это не являлось проблемой по многим причинам: ее предок была одной из первых Верховных исповедниц, а также Эрза являлась сильнейшей из живучих исповедниц и ей не раз предлагали новый статус, так что экзамен она сдала без проблем и сейчас работала в Министерстве, где занималась поиском этери и решением проблем связанными с ними. Все это делалось для возвращения Люси домой. Однако все, чего она добилась: приезд к Хартфилии, но и тут поспособствовала просьба самого Драгнила.
Слушая рассказ, Люси почувствовала укол совести. Ей было противно от того, что она заставила переживать за себя стольких людей и пойти на такие жертвы, ведь Эрза, как молодая мама должна была заботиться о своей дочери, а вместо этого, горбатилась в Министерстве. Все за столом заметили, как расстроилась Хартфилия, особенно когда речь зашла о малышке Скарлетт, но Эрза заверила ее, что все нормально и она успевает по вечерам провести время с дочерью, а пока ее нет, другие девушки не отходят от нее, осыпая заботой. Больше всех это делала Кагура, она стала для Скарлетт главной няней и охранником (Люси подметила, что ни капельки не удивлена этому, ведь все в поселении знали, что Кагура влюблена в Белсерион, кроме самой Белсерион конечно).
За столом разговоры не умолкали, говорили не только Эрза с Люси, но и Игнил с Полюшкой. Оказывается, они одно время часто пересекались на работе в Министерстве. Только Нацу сидел с хмурым лицом, ковыряясь вилкой в тарелке и слушая чужие разговоры, тему которых он не до конца мог понять, особенно когда женщины внезапно могли перейти на свой родной язык. Ему вообще ничего не нравилось. Исповедниц он вызвал только для того, чтобы они забрали плеть из окрайда, которую Люси смогла пронести в их земли, и чтобы ему перестали приходить письма из Министерства, немало раздражающее его. Он, конечно, был рад за Люси, она давно не выглядела такой счастливой, но одновременно это и злило. Хартфилия была счастлива не с ним и, кажется, забыла о его существовании. Ладно старуха, возможно у нее есть теплые чувства к его этери, он видел, что она приехала по работе, но аловолосая исповедница, он чувствовал исходящую от нее опасность. Дело было даже не в том, что сила исповедницы от этой Эзры, или как ее там, в несколько раз сильнее, чем у Хартфилии, дело было совершенно в другом — в ее отношении к Люси. Нутро говорило ему: она хочет забрать твою этери и твоего ребенка. Этот приезд не принесет ему ничего хорошего.
***
Нацу сотни раз пожалел о своем позволении приехать на «проверку» исповедницам. В сто первый раз это произошло сразу после завтрака. Приехавшие решили заняться своими обязанностями, которых между прочем было совсем немного и они могли бы уехать уже сегодня вечером, но дядя сказал, что Люси будет неплохо провести время вместе с ними и, без согласования с ним, разрешил отложить работу на вечер или даже на завтра, поэтому исповедницы решили прогуляться по окрестностям.
Солнце больше не светило столь тепло и ярко, оно пряталось за облаками; на севере сгущались тучи, образуя черную полосу на небе. На улице поднимался ветер, отчего уже не радужные, почти голые ветки с редкими листьями на кустарниках покачивались из стороны сторону, величественные придес (Люси смешно их называла большие сосны) стояли все так же крепко, не колышась, однако скоро это изменится. Инстинкт, не покидавший ни этериасов, ни гибридов, на протяжении месяца, говорил — скоро начнется дождь. Пускать свою этери в такую погоду на прогулку Драгнил не собирался, о чем и сообщил Хартфилии. Он видел, что девушка согласна с ним, как ее руки потянулись к пуговице плаща, но стоило женщинам метнуть на нее взгляд, как Люси заявила, что у них еще есть время и ей не повредит небольшая прогулка. Игнил опять встал на сторону девушки, и убедил его, что ей это нужно. Нацу послушал его в очередной раз. Однако, когда Белсерион вежливо сказала ему, что они обойдутся без его компании и чей-либо еще, Драгнил рассвирепел: он знает, как исповедницы относятся к этериасам, и знал, что во время войны исповедницы без промедления убивали этери. Отпускать Люси с вполне реальной угрозой для его малыша — да Нацу лучше сам сдохнет, чем позволит это!