(Само)обман (СИ)
- Автор: naarzi
- Язык: русский
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «(Само)обман (СИ)». Краткое содержание книги:
Прогулка заключается в походе к колодцу на дальнем конце города. Вокруг всегда довольно пустынно, потому удается без проблем прикрепить к внутренней кладке заряженный талисман, который через пару дней обязательно приманит какую-нибудь темную пакость. Приплывет через подземные воды и попытается откусить лицо очередному крестьянину, пришедшему за водой в недобрый час. А святой даочжан всех спасет за умеренную плату — все при деле и все довольны. Ну кроме безлицей жертвы, но кому какая разница?
Оттуда на главную улицу — съесть миску горячего риса, чтобы в очередной раз проклясть Сяо Синчэня, который приучил к этой безвкусной, но хотя бы дешевой и доступной в любое время года гадости. И потом, наконец, домой. Сюэ Ян сам себе усмехается: впервые за долгую жизнь он может что-то так назвать, и он даже не уверен, как к этому следует относиться. Кто бы мог подумать, что он будет считать домом место, которое делит с теми, кого ненавидит. Конечно, если отбросить личные счеты, наивный даочжан порой даже забавный и… Не противный. А Слепышку очень весело доводить до белого каления, что дает ей несколько очков. Возможно, когда Сяо Синчэню придет пора умирать, ей будет позволено сбежать.
Похоронный дом, как всегда, неприветлив, иногда даже кажется, что внутри холоднее, чем снаружи. В доме непривычно тихо, редко когда Сюэ Яну доводится остаться здесь в одиночестве. В голове мелькает дурная мысль порыться в чужих вещах, чтобы обнаружить что-нибудь любопытное. Но что можно отыскать у бедняков, которые даже не запирают двери? Сюэ Ян с тоской вспоминает время в Ланьлин Цзинь, где у каждого второго имелся целый ворох грязных секретов, которые было уморительно выволакивать на свет. Главное, потом бегать быстро, желательно сразу до покоев Яо, конечно, на тот момент не самого авторитетного, но с которым уже считались. Ссориться с ним из-за забав приблудного босяка, довольно нелепо выглядящего в золотых одеждах, никто не горел желанием. От воспоминаний снова хочется есть, так что срочно нужно прервать этот ненужный приступ ностальгии и чем-нибудь себя развлечь.
В комнатушке на постели валяется украденная у хозяйки веселого дома книга. Сюэ Ян испытывает к подобного рода чтиву немалую долю презрения, как и почти к любой писанине. Только если это не записи Старейшины Илин, ради них стоило учиться читать. Но особых вариантов нет, да и любопытно, почему книжонка так сильно замусолена, неужели там что-то настолько потрясающее? Сюэ Ян подвигает грубо сколоченный табурет к окну, чтобы было лучше видно, и приступает к чтению.
Книга оказывается сборником скабрезных рассказов, что, впрочем, ожидаемо. Выбранная наугад история поражает своей бредовостью. Томная девица, которой приспичило в лесу в одиночку пособирать цветочки (на кой они ей?), нарывается на банду разбойников, которые вполне доступно ей объясняют, что именно нужно будет сделать, чтобы уйти живой и даже при полном наборе конечностей. А эта дура вместо того, чтобы пойти по пути наименьшего сопротивления (может, и удовольствие бы получила!), решает отбиваться и орать дурниной. Где-то в середине процесса, которому стоит отдать должное, потому что написано весьма задорно и реалистично, откуда-то с неба, не иначе, сваливается прекрасный воин с мечом. Добрых три страницы потрачено на описание сей личности — его благородный стан, возвышенный взор и прочие прелести, присущие мечте любой девицы. И для Сюэ Яна эта часть рассказа невероятно скучна: какой прок читать про добродетельных да светлоликих, когда он живет с таким же в точности, только безглазым. У него даже поинтереснее вариант! История завершается весьма предсказуемо — девица спасена и в награду под пение птиц отдается своему защитнику на поляне с искомыми цветами. И где смысл? Только что главная героиня рыдала, что она девственница и совсем не хочет расставаться с этим статусом, даже помышляла утопиться от стыда, а потом ее уже это не волнует? Красавцы с мечами по умолчанию решают все проблемы? По мнению Сюэ Яна, они как раз являются их источником. Или все дело во внезапной чистой и светлой любви (под кустом), раз у девицы мозг отшибло?..
Надо Сяо Синчэню порекомендовать сходить в лес, поискать себе этой самой любви, раз он так ждет. Хотя нет, отвратительная идея: во-первых, в такие холода если кто и бродит по лесам, то разве что сам Сюэ Ян наперевес с корзиной кореньев, и он совсем не склонен ни к чему чистому и светлому, а во-вторых, не дай боги, и правда кого найдет! Ведь тут же притащит сюда, а это никому даром не надо. Здесь и так места мало для всех сомнительных находок сердобольного даочжана. Размышления прерывает приглушенный скрип входной двери: только вспомнишь, а он тут как тут.
Сюэ Ян сам не знает, почему вместо того, чтобы отозваться на приветственное «Я вернулся!», он решает затаиться и не выдавать своего присутствия. Не шевелится, напряженно вслушиваясь в шаги по дому, и зажимает себе рот ладонью, чтобы не издать лишнего звука, когда шуршит ткань, служащая дверью в его комнату. Он уверен, что Сяо Синчэнь, убедившись, что здесь никого нет, сразу же удалится, но ошибается.
Кто бы мог подумать, что даочжан тоже является любителем пошариться на чужой территории в отсутствие хозяина? Он с совершенно безмятежным видом пересекает маленькую пыльную комнату и садится на чужую постель, отчего даже закрадывается подозрение, что Сяо Синчэнь просто заблудился в похоронном доме и зашел не туда. Но, порывшись в складках ханьфу, он вынимает небольшой мешочек и вытряхивает оттуда на ладонь три конфеты в бумажных обертках, а после принимается с сосредоточенным видом раскладывать их рядом с собой. Сюэ Ян не боится выдать себя дыханием, потому что чувствует, как ему словно пережимает горло невидимой рукой. Однако пальцы против воли до хруста бумаги сжимают книгу, и в тишине этот звук разносится чуть ли не эхом. Сяо Синчэнь оборачивается на шум, на его лице паника, словно его застали за чем-то предосудительным и непристойным. Как минимум портящим девственниц на поляне, как в идиотской истории.
— Обычно мне перепадает всего лишь две конфеты, чем я заслужил три? — приходя в себя, говорит Сюэ Ян так, словно ничего не произошло.
— А-Цин попросила отдать тебе одну свою в качестве признательности за заботу. Раз уж словами не может, — даочжан благодарно выдыхает, понимая, что его не собираются упрекать в недостойном поведении.
Сюэ Ян знает, что ему не лгут, собеседник просто не способен на это. И чувствует разочарование: какой скучный ответ. Он поднимается с табурета, оставляя там предательскую книжонку, подходит к своей постели, где сидит все еще напряженный Сяо Синчэнь. Сюэ Ян хватает угощение, и, перебирая конфеты в пальцах, неожиданно для себя спрашивает:
— Хочешь одну?
Повязка на глазах даочжана ползет вверх: тот крайне озадачен таким неожиданным вопросом.
— Не знаю, — наконец отвечает он. — Не уверен, что мне понравится.
— Как могут не нравиться конфеты? — Сюэ Ян оскорблен до глубины души.
— Я никогда их не пробовал. У нас не принято есть сладкое.
«У нас» — это у даосов или на той горе, откуда он слез? Неважно, все равно это дикость — лишать себя такого удовольствия.
— Ничего глупее в жизни не слышал, — фыркает Сюэ Ян. — Тогда ты просто обязан узнать, что это такое.
Он разворачивает конфету, размышляя, считается ли нарушение глупого запрета на сладости моральным падением. Насколько ужасным поступком это будет? Разумеется, это не убийство невинных людей, но ведь тоже не самое святое деяние?.. Даже в голове это звучит очень нелепо, но Сюэ Ян игнорирует внутренний голос.
— Давай! Закрой глаза, открой рот. С первой задачей ты уже справился, — добавляет он, намекая на слепоту.
Даочжан вежливо усмехается: он на удивление быстро привык к шуткам о своем увечье в исполнении друга и не обижается. Он приоткрывает губы, словно хочет что-то сказать, но молчит. Это выглядит как разрешение и приглашение. Пальцы Сюэ Яна едва касаются губ, когда он кладет Сяо Синчэню на язык конфету.