Саломея. Образ роковой женщины, которой не было

Гюстав Моро и Стефан Малларме

Есть поразительное сходство между «Гимном Иоканаана» Малларме и акварелью Моро «Явление». Оба автора используют историю о казни Иоанна Крестителя в качестве повода и материала для изображения собственной души и сокровенных идей своего мировоззрения и философии творчества. Французский поэт Поль Валери в одном из писем описал «Гимн…» как песнь отделенной от тела головы, летящей к божественному свету[194]. Схожим образом и Женевьева Лакамбр, куратор выставки «Гюстав Моро», проходившей в 1998 году в парижском Большом дворце, утверждает, что «Явление» произвело большое впечатление на публику, «прежде всего из‐за графического новаторства изображения головы святого Иоанна Крестителя, парящей в воздухе, во дворце Ирода»[195]. И на картине, и в поэме голова Иоанна Крестителя, парящая в воздухе и окруженная светящимся ореолом, наделена портретным сходством с автором-художником и неотделима от Саломеи/Иродиады в контексте метафоры отношений между художником и его произведением.

Малларме испытывал большой интерес к изобразительному искусству. Он посещал ежегодные художественные выставки на Салоне, дружил со многими художниками – Клодом Моне, Эдуаром Мане, Бертой Моризо, Джеймсом Макнейлом Уистлером и Одилоном Редоном – и даже написал несколько статей о творчестве Мане. Гюстав Моро, хотя и был на несколько лет старше, являлся современником этих художников, и его произведения служили источником вдохновения для Одилона Редона. Роман Гюисманса «Наоборот» сделал их обоих известными широкой публике как представителей одного художественного направления – символизма. Кроме того, Моро и Малларме жили в одном районе Парижа – недалеко от вокзала Сен-Лазар – и в одно время. Тем не менее Малларме в письмах и дневниках упоминает Моро всего однажды, и только для того, чтобы сказать, что творчество Моро принадлежит прошлому. Моро же ни разу не упоминает Малларме в своих текстах.