Воспоминания
- Автор: Дудаков Валерий Александрович
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: Пробел-2000
- ISBN: 978-5-98604-777-5
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Воспоминания». Краткое содержание книги:
Сейчас он, можно сказать, старейшина этого собирательского цеха. Четверть века проработав художником-оформителем, в том числе главным художником фирмы «Мелодия», он изменил в 70-е годы стиль оформления грампластинок.
Его давние отношения с выдающимися советскими композиторами Шостаковичем, Хачатуряном, Щедриным, музыкантами Гилельсом, Ростроповичем, дирижерами Светлановым, Рождественским позволили ему быть своим и в мире музыки.
В. А. Дудаков был в дружбе со многими художниками-нонконформистами, участвовал в их выставках в Горкоме графиков.
Искусствовед, автор пяти книг по искусству, сценарист и ведущий фильмов о художниках конца XIX – начала XX века, он также много и плодотворно пишет исследовательские статьи, участвует в поэтических сборниках. Его воспоминания – это эпоха, так недавно нами прожитая.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
Возвратившись в Москву из Хельсинки, я должен был сдать оставшуюся валюту – перед поездкой я впервые увидел доллары, выдавали по девять долларов на сутки, чашка кофе стоила 2,5 доллара. Сдавать мне было нечего, кормили не всегда, но на счет принимающей стороны. Детям я привез из поездки самые дешевые пластмассовые часы. СФК эти две выставки принесли несколько сотен тысяч финских марок. Оплата всех расходов, с нею связанных, происходила финской стороной – группой «Аммер», производящей туристское снаряжение, торгующей алкоголем и сигаретами, самой крупной налогоплатящей фирмой Финляндии. Возглавлял коммунист. Мне вознаграждения не полагалось, хватит, мол, и зарплаты в 270 рублей.
Прибыв в Россию, я, как уже писал, попал в катастрофу. Началось долгое лечение. Несмотря на то что у меня к этому времени были прочные знакомства в медицинских кругах, на излечение в Боткинской больнице я попал в руки к худшему лекарю. Плейбой и набитый дурак, он считался позором больницы и мучил меня несказанно, прицепив к больной, раздробленной ноге гирю. Боль была адская, не помогал и морфин, тайно приносимый моим «загубителем» в больницу. Прибывший через две недели из командировки заведующий был в ужасе от метода лечения, но тем не менее мне еще восемь (!) раз «препарировали» ногу. Травма неизлечимая. «Враг» вскоре сгинул где-то в Израиле, «рассчитаться» я с ним не успел.
Еще в больнице, весь в гипсе, вставая на костылях, я должен был начать новую выставку, подготавливаемую в Милане в Палаццо Реале. Там экспонировались периодически работы Эль Греко, Веласкеса, Рубенса, Сезанна, Пикассо. «Моя» должна была открыться в январе 1989 года. До того на костылях, позднее с палкой, я ездил осматривать залы, определять количество работ, прикидывать экспозицию, подумать и о «зрелищной» стороне, рекламе, популяризации. Цензуры никакой не было, но статус залов обязывал. И все-таки картин для выставки оказалось недостаточно, и пришлось добавить агитационный фарфор и плакаты.
Начиная ее экспозицию, подготавливая и компонуя картины к развеске, я несколько часов был в полном отчаянии. «Вот здесь-то и поймут, что ты самозванец», – думалось мне. Не районный выставочный зал и не ЦДРИ. Что удивительно, чем больше я уничижал себя, тем быстрее, оказалось, справился с задачей. За четыре часа вся экспозиция (не развеска) была закончена в двадцати пяти залах. Принцип – по художественным объединениям десятых – двадцатых годов. Итальянские архитекторы лишь разводили руками, им досталось только расположить фарфор в витринах и выполнить по моим эскизам декорирование залов. Кстати, там я обнаружил, что расхваливаемые на все лады навыки технического персонала на Западе являются явным преувеличением. Инструменты у них были действительно не в пример нашим, но «корявые» руки их часто не справлялись. Взяв, к примеру, работу Малевича, два таких «умельца» стали забивать гвозди для крепления повески в подрамник. И такие случаи были на Западе не единичные – экономия на рабочих, брали и строителей, а не специалистов, не лучше наших.
В апреле 1989 года в Лондоне, в Барбикане, открылась выставка-легенда «100 лет русского искусства», затем она прошла в Музее современного искусства в Оксфорде, далее в музее города Саутгемптона (там проходят морские регаты). Выставка путешествовала по Англии с апреля по ноябрь, показав работы художников от В. Васнецова и И. Левитана до И. Кабакова, Э. Булатова, Г. Брускина, В. Захарова. Плакаты, графика, агитационный фарфор – всего 250 работ. Все тексты, комментарии, биографии художников, сведения о коллекциях и их владельцах были подготовлены мною. Дэвид Эллиот, тогда директор Оксфордского музея, написал лишь небольшую общую интродукцию – но таково было условие фирмы «Де Бирс», крупнейшей алмазодобывающей компании. То, что мы, коллекционеры, а не Третьяковская галерея, Русский музей или Минкульт, подбивали итоги столетия, нам не простили, и даже когда выставка в несколько сокращенном виде была показана в Москве, чиновники и «музейщики» ее замалчивали. В Лондоне же реклама была в аэропортах, на станциях метро, на улицах, в музеях и торговых центрах.
Обошлась она «Де Бирс» свыше миллиона фунтов (один фунт – два ноль пять доллара тогда), еще один миллион поступил на заграничный счет, немалая сумма для издания журнала «Наше наследие». На все три этапа выставки было приглашено в Лондон около пятидесяти человек из России – коллекционеры, в основном владельцы выставленных произведений, но «втерлись» и чиновники из Фонда. Я же не только не получил письменной благодарности, премии, но руководство Фонда не посчитало нужным мое присутствие на открытии, и только по настоянию Никиты Лобанова, в то время консультанта «Де Бирс», и благодаря поддержке сэра Оппенгеймера я участвовал в открытии выставки, давая объяснения и ему, и «капитанам» экономики и бизнеса разных стран, которые его сопровождали. Хорош бы был в этой роли партиец Мясников.