Электронная книга - «Моя ненавистная любовь (СИ)». Краткое содержание книги:
— Все нормально, — вымолвил демон, покосившись на ногу, которую задела Хартфилия, навалившись на нее всем своим весом.
Осознание до девушки пришло мгновенно — это была нога, об которую словно лоза оплелся кнут из окрайда. Она совершенно забыла об этом. Посмела забыть с чего начался персональный кошмар наяву.
Как же больно было Нацу, раз она, та в которой лишь малая доля крови этериаса, каждый раз испытывает острую боль? — задумалась исповедница. Она постоянно винила себя за сделанное, но за все это время не задумалась о том, что на самом деле ощутил этериас тогда — лишь знала, что это была ненависть. Не подумала, насколько сильным был страх смерти, она могла подчиниться воле Исповедницы и убить заклятого врага.
Боль в ноге уходила, черты лица смягчались, восстанавливалось дыхание. Рана практически прошла и в скором времени от нее останется напоминанием шрам, но сейчас, когда она медленно с человеческой скоростью заживает, любое воздействие на нее не приносило тех резких неприятных ощущений, что недели две назад, когда он чуть ли ходить не мог, но больно было все равно. Полностью придя в себя, Нацу решил сделать задуманное — принести масла и кремы для мытья, но легкое прикосновение к ранению привлекло его внимание. Длинные тонкие пальчики невесомо касались кожи вокруг, задевая огрубевшие участки. Касания почти не чувствовались, будто боялась надавить чуть сильнее и вновь вызвать ту же реакцию.
Подняв глаза на свою этери, Драгнил увидел, как из карих глаз по красным щекам стекают слезы, скатываясь к подбородку и опадая в огромную ванну.
— Люси… — его голос заставил зажмурить глаза и возненавидеть себя больше. Он говорил так, будто это он во всем виноват, не она.
Услышав его, неосознанно Люси резким движением прижала руки к груди и, скрывая слезы, опустила голову, отползла от него дальше, оказавшись почти по горло в воде, игнорируя жар, от которого еще недавно мучилась. Он снова совершил ошибку, не знает какую, но это причинило боль Люси — это самое главное. Драгнил в миг оказался около девушки и взял ее лицо в свои руки, потому что только сейчас понял, как он не любит, когда она отводит от него взгляд, испуганный и провинившийся.
— Люси, что случилось? — это звучало мягко и нежно, но все с тем же извинением за сделанное, которое совершила она.
— Извини, — на удивление ее голос подрагивал и звучал сипло, из-за застрявшего в горле кома. Как казалось ей, она не выдаст что-то большее чем всхлипы. — Я так виновата… Использовала окрайд, оставила такие раны и последствия… На секунду посмела насладиться этим, после того как добр ты был ко мне, заботился и защищал… Не принудил, когда мог это сделать, и старался, так старался сблизиться, несмотря на мои отвратительные поступки, отказы и упреки. Ты старался ради нас и что сделала я?.. За все время так и не извинилась перед тобой! Эгоистично думала только о себе! Не смогла сказать тебе простое «прости»! — Люси не понимала, что она говорит, слова сами вырывались, пока слезы стекали с двойной силой. Она задыхалась, не смея прерваться. Казалось, что если она сейчас не выскажет все, то в эту же секунду умрет от ненависти к себе, что поглотит в свой бескрайний океан, заполнит легкие и костлявыми разносящими холод руками затянет на самое свое дно, без возможности выбраться.
Хартфилия не заметила, как прижалась к мужскому телу и, обвив руками, цеплялась как за спасательный круг. Нацу был растерян, смотрел на ее слезы, не смел оттолкнуть и даже приобнять Люси. Слушая ее, он понимал, насколько она права — они оба эгоистично закрылись в себе, винили за свои поступки, за причиненную боль, но так и не смогли извиниться друг перед другом, элементарное «извини» ни разу не слетело с их губ. Иронично.
— Хватит, Люси, не переваливай все на себя. Не тебе стоит просить прощения, — его руки вновь успокаивающие поглаживали девушку, прижимая к себе. Он прислушивался к всхлипам и представлял, как внутренний этериас разрывает его, за то, что заставил плакать мать своего ребенка, свою единственную. — Если бы я сдержался и не накинулся на тебя, ничего этого не было, ты ведь и вправду всего лишь испугалась. А я… даже не выслушал, и поглощенный гневом, обвинил во всем тебя, взял грубой силой и продолжал принуждать каждый день! Не тебе себя винить.
— Прекрати! Не оправдывай меня! — крикнула Хартфилия, смотря в серо-зеленые глаза, когда внутри нее крутилась злость, поток бесконечного количества слез, наконец, прекратился. Только сейчас, когда они решили откровенно поговорить друг с другом и открыли все, что долго копилось, она увидела, как же глупо это выглядит со стороны — дура и дурак — мечтают, но не ничего не делают, чтобы исправить ситуацию, вместо этого закрылись в себе и пустили на самотек. Разве так все должно быть? Старая она стала бы такое терпеть?
Но сейчас было глупо задавать все эти вопросы, все изменилось, в том числе и они сами, так чему же, кода это бессмысленно? Ослаблено опустив руки, Люси положила голову на плечо этериаса и впервые позволила себе расслабиться.
— Нацу, я устала. Мне надоело ночью плакать и быть такой никчемной. Меня убивают собственные мысли и вина. Оно ни на секунду не оставляет меня!.. Мы боимся признать, что оба виноваты, каждый приложил руку к этому и теперь платим за свои поступки, но я уже так устала. Мне просто хочется, чтобы это уже прекратилось. Мы этого хотим. Но если не прекратим это, ничего не произойдет, а без тебя ничего не выйдет, если продолжишь отталкивать не только меня, но и своего ребенка. Ты необходим нам, необходим мне… Нацу, пожалуйста.
Шмыгнув еще раз носом, она обвила руками его торс, пытаясь через объятия передать свои чувства, чтобы он, наконец, понял ее слова, понял, что она скучает по нему и готова простить все, только лишь бы он был рядом с ней и дарил свое тепло, без которого она уже не сможет, ощутив на себе раз.
С замиранием сердца Люси ждала его ответ — предсказать действия этериаса за проведенное вместе время она так и не научилась. Но вопреки пожирающим представлениям, Нацу поступил так же, как и в прошлый раз: взял ее маленькую ладошку в свою, поднес к губам и оставил легкий невесомый поцелуй на запястье.
— Я тебя простил давным-давно, но готова ли ты к этому после всего, что я натворил?
— Я готова на все, если ты будешь рядом со мной, — прошептала Люси, уголки губ сами приподнялись вверх. Поднеся руку Нацу, она оставила такой же невесомый поцелуй.
Заправив прядь светлых волос, что липли к лицу, Нацу огладил щеку своей этери, любуясь ее лицом, на котором отразилось умиротворение. Смутился, когда хотел убрать руку, а Люси положила свою ладошку поверх его и сама прильнула ближе к ней. Приятное тепло разлилось в его груди — исповедница никогда бы так не сделала раньше, но теперь все изменилось, возможно в лучшую сторону, несмотря на столь омраченное начало.
Он дал ей шанс уехать, больше не видеть его, как мечтала с их первой встречи во сне, однако теперь, даже если захочет, он не отпустит ее от себя, особенно теперь.
========== 22. Прошлое и близость ==========
Нацу решил, что им уж пора помыться, иначе вода успеет остыть, когда они, наконец, порвут объятия, поэтому нехотя ему пришлось это сделать. Сейчас он сидел и мыл голову Люси. Та вначале препиралась: она не любила, когда кто-то трогает ее волосы, но стоило Нацу начать делать ей массаж головы, девушка не смогла ему отказать. Доверившись, она наслаждалась приятными ощущениями, что не могло не льстить этериасу — ему нравилось делать приятно своей этери, тем более, когда она зареклась, что сделает ему тоже самое.
Голова и блондинистые волосы девушки были все в пене. Этериас зачерпнул воды в кувшинчик и аккуратно смывал белые пузыри. Вода еще оставалась горячей, а навредить девушке, после их примирения, стало бы роковой ошибкой. Но та никак не отреагировала, лишь мелко вздрогнула, и, запрокинула голову, позволяя этериасу сделать задуманное, так же, как и позволила пропускать длинные пальцы сквозь блондинистые локоны, наблюдать как стекает вода, перебирать, словно играясь с ними. Люси была не против этого, она все не могла насладиться близостью, что наконец, возникла между ними.