Электронная книга - «Моя ненавистная любовь (СИ)». Краткое содержание книги:
— Нацу, я рад не меньше тебя, но это все после, сейчас нам предстоит серьезный разговор, — поспешил объясниться Игнил, заметив погрустневшее лицо племянника. Он и вправду был безумно рад встретить Нацу не лежа в постели, а стоя на твердых ногах, и, конечно же, он хотел обрадовать его счастливейшей новостью, но пришел по другому поводу и не мог откладывать столь серьезное дело.
Не говоря ни слова больше, этериас развернулся и пошел в гостиную, звук шагов сзади свидетельствовал, что Нацу идет следом. Он старался не смотреть, как опустились плечи племянника, потускневший огонь в его глазах. Игнил и разговора этого не хотел, он хотел прогуляться по владением и непринужденно пообщаться с названым сыном, где в итоге все не сводилось к больной для двоих теме, а еще хотелось сообщить ему счастливую новость и увидеть плескающеюся радость в глазах, но нужно было преподать урок и подставить свое плечо, ведь только с ним Нацу покажет свою слабость. Только он мог ему сказать нужные слова и помочь.
Демоны прошли в главную гостиную. Комнату осветил живой огонь и поймал презрительный взгляд, после вчерашнего относиться легкомысленно к огню в поместье больше никто не станет. Сев на кресла около камина, отчего на лица этериасов падала тень, что могла скрыть в себе эмоции и придавала им грозный или же более опечаленный вид.
Игнил поднял взгляд на висящий над камином портрет. Прекрасная девушка, от которой даже с картины исходила сила и властность, именно она была одной из тех, кто прекратил вечную войну, и именно после нее все Драгнилы приобрели общие черты в виде розовых волос, зелено-серых глаз и смуглость кожи. Забавно, что этериасом она была не с рождения.
Они могли бы вечно просидеть в этой комнате. Нацу, не прекращая смотрел на горящий в камине огонь, ему хотелось уйти отсюда. Он чувствовал, что предстоит серьезный и тяжелый разговор, возможно с упреками и нареканиями, а он терпеть этого не мог. Лучше бы он в это время пошел к Люси, нутро твердило ему — что-то случилось и ему необходимо проверить ее, поэтому покашлял, обращая внимание дяди на себя.
— Нацу, мы ведь с тобой учили историю?
От такого тона Драгнил-младший опустил голову и чувствовал себя, как нашкодивший мальчишка, он — глава великой семьи! Однако все же кивнул, историю не любил, но под четким контролем Зерефа и дядюшки с отцом был вынужден учить и знать ее, это же необходимо, как твердили они.
— Тогда, надеюсь, ты помнишь печальный случай между семьей Рэдфокс и Порла? — встал с места этериас. Он расхаживал по гостиной, скользил глазами по полкам с важнейшими книгами и ценностями их семьи, выискивая изменения. Не увидев кивка племянника, он ровным поучающим голосом продолжил: — Шесть столетий назад, глава семьи Гейл Рэдфокс, желая продолжать развлекаться и ни о чем не заботиться, легкомысленно отдал все свои полномочия одному из своих приближенных — Жозе Порла. Жозе, как казалось, был надежен и достоин доверия, однако под маской скрывалась хитрая и властная личность, которая через пару лет такой работы показала себя. Жозе стал требовать, чтобы его семья стала Великой, раз именно он занимается делами главы великой семьи. Он умел говорить нужные слова, поэтому многие этериасы примкнули к нему, и началась война на землях Рэдфоксов. В итоге, хоть Гейл и смог победить и отстоять звание главы, но авторитет Великих семей был подорван, доверие утрачено, а со времен вечной войны впервые исчезли несколько родов, и эта лишь небольшая часть всех последствий. Так объясни мне, Нацу, ты хочешь, чтобы история повторилась?
— Нет, — неуверенный качек головой.
— Тогда объясни мне причину по которой вместо тебя всем заправляет Тартарос?
— Я не знаю! — прокричал Нацу и оскалился. Он ненавидел упреки и свою гордость был готов отстоять всегда, даже, если говорят обидную правду, и не смолчал, с трудом сдержав лишние слова. Он все прекрасно понимает, хватит его учить! Вскинув голову, встретился с непроницаемым выражением лица Игнила. Он и забыл, что это не очередной слуга.
Был ли он разочарован? Драгнил-младший не сомневался в этом и жалость разлилась в подсознании, поглощая и душа его, попадая в легкие. Оно цепляло и тянуло вниз своими слизкими, вызывающими холодок, щупальцами. Он сам себя загнал сюда. К собственному страху.
— Я не знал, что мне делать, — опустив голову, он рассматривал расшитый узором ковер. — Мард Гир предложил взять на первое время большую часть работы, я не отказал. Думал, что как только разберусь со всем и буду полностью уверен, что готов, обязательно возьмусь за свои обязанности, но… — он примолк. Раскрыть все свои страхи и мысли было стыдно. Нацу не привык к этому. Как один из самых влиятельных этериасов, он держал все в себе, не показывал слабости и внутренние переживания. Все, без исключений, должны быть уверены в нем, ведь именно он один из тех, кто сохраняет мир. Узнав правду, доверился ли кто-либо ему?
И все же, один такой этериас был, тот, который попытается понять и не осудит. Запинаясь и пересиливая себя, Нацу говорил, о том, как тысячу раз перечитывал учебники, изучал дела и документы. Но столкнувшись с этим в реале терялся, кучу сомнений зарождались в нем, и боязнь сделать ошибку захватывала им, закрывала рот и давала смотреть, как решают проблемы более опытные. И лучше быть самоуверенным и смотреть на всех с высоко поднятой головой, чем показать свою слабость.
По мере откровений племянника, Драгнил понимал, что и на его плечах лежит вина. Нацу должен был стать главой семьи только в этом году или через года два-три, но никак не десять лет назад, когда он был еще подростком. Все эти годы Игнил вместо отца должен был показывать Нацу, как вести дела, брать собой и рассказывать все тонкости, которые не написаны ни в одной из книг. А что он сделал? Погрузился в собственные проблемы и ушел, скинув все на мальчика, даже не подумав о том, что он растерян и испуган навалившейся ответственностью.
— Раз такое дело, то придется нам заново все проходить, — смягчившись начал говорить бывший глава семьи. Оставлять дела так нельзя было, нужно было все менять в кратчайшие сроки, и он начал раздумывать, как исправить свою ошибку. — Я лично буду сидеть с тобой и объяснять, что да как. Под предлогом проверки, ты будешь ездить на все выездки к подчиненным и наблюдать за работой своих приближенных: что спрашивают, что смотрят, что записывают. Не бойся уточнять мелочи, даже если они кажутся незначительными, а если стесняешься спросить, запоминай вопросы и спрашивай у меня. Если нужно будет, я буду ездить с тобой или с Зерефом. Надеюсь хотя бы перед ним тебе не стыдно.
Он еще много говорил, глава Великой семьи и вправду имеет много работы и обязанностей. Для того, чтобы все освоить понадобиться больше, чем один день. Первый шаг уже сделан и дела должны постепенно налаживаться. Драгнил увидел легкую улыбку племянника, в которой читалась благодарность, но не столько за советы и наставления, а за поддержку. Покачав головой, Игнил мысленно отказывался от нее, он должен был делать это давным-давно.
Внезапно в деревянную дверь постучали. Гибрид сообщил, что этери проснулась. Нацу вспомнил о сгоревшей комнате, и волнение о Люси захватило его. Ничего не сказав, он подскочил с мягкого кресла и направился в комнату лекарши, где сейчас лежала девушка. Лишние мысли вылетели из головы, они были поглощены лишь Хартфилией и ее самочувствием. Ему нужно было увидеть ее, Нацу ощущал это, кажется, физически, поэтому стремительно шел по нужному пути, даже несмотря на не поспевающего дядю.
Когда перед взором Дрганила показалась заветная дверь, сзади его схватили за плечо и одернули. Его отвлекают от цели, что не могло не злить этериаса, и не будь это дядя, он бы сжег этого смертного, но был вынужден рыкнуть и метнуть предостерегающий взгляд. Вот только, такое никак не могло спугнуть бывшего главу семьи. Драгнил сверлил взглядом дядю, желая поскорее оказаться по ту сторону двери.