Начало Руси. 750–1200

Есть и еще один феномен, на который обратили внимание историки-нумизматы. В кладах русов, зарытых в конце IX в., по сравнению с монетами более раннего времени, найдено сравнительно немного дирхемов, отчеканенных между 870 и 900 гг. Этот факт, взятый сам по себе, еще мало о чем говорит. Поскольку невелико общее количество известных кладов, зарытых русами в конце IX в., меньшим является и количество найденных монет, которые датируются этим периодом. Однако же дефицит аббасидских дирхемов чеканки конца IX в. распространяется и за пределы земель русов: точно такая ситуация наблюдается в кладах, которые находят в Швеции. Дирхемы конца IX в. редки и в немногочисленных кладах этого периода, известных на территории Польши и Финляндии. Историк-нумизмат Т. С. Нунан характеризовал этот период как «первый большой кризис серебра в Восточной Европе».[88] Т. С. Нунан обращает внимание на перевороты в Аббасидском халифате, имевшие место в конце IX в., а также на сообщения о войнах и смутах в подчиненных хазарам южных степях, которые приходятся на тот же период. Это могло вызвать разрыв торговых связей по дорогам, ведущим в северные леса и, соответственно, уменьшение количества дирхемов, достигавших севера. Данную интерпретацию можно считать приемлемой, ее можно даже дополнить указанием на неурядицы в степной зоне, которые датируются тем же временем.

Нельзя, конечно, быть абсолютно уверенным, что заметно сократилось количество дирхемов, которые на самом деле попали в северные страны. Может статься, большее число дирхемов использовалось теперь не как деньги, а как сырье для изготовления украшений или, может быть, монеты теперь постоянно переходили из рук в руки, т. е. находились у русов в обращении такого рода, какого не было раньше. Поэтому у русов могло быть меньше причин для того, чтобы зарывать дирхемы в землю. А ввиду того, что большинство ближневосточных дирхемов, найденных в районе Балтийского моря, прошло через посещаемые русами земли, любые серьезные изменения в использовании монет русами или изменения спроса на монеты в их среде вели к сокращению потока дирхемов далее на запад и могли вызвать там настоящий дефицит серебра. Подобное объяснение происходивших событий представляется столь же допустимым, как и предположение об абсолютном сокращении количества дирхемов, доставлявшихся на север в конце IX в. Нелегко примирить указания на возросшую коммерческую активность таких далеко отстоящих друг от друга торговых центров, как Старая Ладога, Городище или поселения на Верхней Волге, с нехваткой серебра. Хотя имевшиеся запасы серебра могли еще некоторое время поддерживать обмены, едва ли их было достаточно, чтобы бесконечно удовлетворять спрос на серебро. Как признается сам Т. С. Нунан, хорошо осведомленные арабские авторы, такие как ибн Руста или ибн Фадлан, указывали, что русы предлагали свои товары только в обмен на серебряные дирхемы, доставляемые из исламского мира.[89] Так что торговый центр мог выжить только при условии постоянного притока серебра, и хотя в поселениях русов было достаточно рабочих инструментов, достаточно семян и достаточно навыков, необходимых для того, чтобы поддержать жизнь их немногочисленного постоянного населения, все равно, raison d'etre этих поселений оставалась торговля. Мы не можем, таким образом, быть уверены в том, что уменьшение количества аббасидских монет конца IX в., найденных в кладах, отражает уменьшение абсолютного количества дирхемов, доставляемых на север. Вполне возможно, что существенное увеличение числа русов, проживающих на восточных землях и занимающихся торговлей, привело к тому, что то же количество дирхемов распространялось на большей территории и что большее количество серебряных монет стало переплавляться на украшения. Кажется, начиная с конца IX в. чаще находят кольца и иные украшения, сделанные полностью или частично из серебра.