Русь, Малая Русь, Украина. Этническое и религиозное в сознании населения украинских земель эпохи Руины

Переговоры, которые к концу 1667 переместились в Москву, обозначили контуры русско-польского военного союза, направленного против Крымского ханства. По сути, этот союз был попыткой вернуться к проекту договора, составленного в 1647 г., но так и не вступившего в силу по причине начавшейся Освободительной войны. Объединение сил русского и польского государств против Крымского ханства во многом стало причиной союза крымчаков с гетманом Дорошенко[292]. Сближение гетмана с «бусурманами» вызвало крайне негативную реакцию левобережного духовенства, в первую очередь, Лазаря Барановича и Иннокентия Гизеля. Если первый написал Дорошенко и Тукальскому несколько писем, в которых призывал их к подчинению царю исходя из религиозных соображений, то Гизель в уже цитируемом выше послании склонял гетмана подчиниться, опираясь на исторические аргументы он писал: «народы Российские во всяком изобилии пребывали и всему свету страшны бывали… за державою… великих князей Российских, егда им народ Русский верно работал, а между собой никаких раздоров не имел…»[293] По мнению Б. Н. Флори, в этом письме содержались первые зародыши идей, которые легли затем в основу «Синопсиса»[294].

Однако Дорошенко не только не послушал Барановича и Гизеля, но и, напротив, верно прочувствовав момент, когда население Гетманщины было крайне недовольно московской администрацией, подчинил себе большую часть Левобережья. Ощущая свою военную слабость по отношению к войскам Г. Г. Ромодановского, гетман признал над собой верховную власть султана. В результате переговоров 1668–69 гг. Дорошенко окончательно принял турецкий протекторат и получил знаки гетманского достоинства от султана[295]. Однако при этом Дорошенко не отошел от своих прежних амбиций, что в перспективе формировало конфликтную основу для взаимоотношений между ним и левобережными гетманами.

Большое значение имел и тот факт, что российскую внешнюю политику в то время возглавлял А. Л. Ордин-Нащокин, сторонник русско-польского союза, направленного против Швеции и Османской империи. Ради глобальных целей — вовлечения России в европейскую политику по южному (черноморско-средиземноморскому) и северному (балтийскому) направлениям, Ордин-Нащокин был готов поступиться более локальными — отказаться от амбиций по воссоединению Украины и даже передать Киев польской стороне[296]. Сама персона московского канцлера, возглавлявшего одновременно и Малороссийский приказ, вызвала вполне понятное раздражение на Украине[297]. Ордин-Нащокин, не желавший переходить к активным действиям на юго-западном направлении, пытался отдать отношения с Дорошенко «на откуп» представителям левобережного духовенства, в чьем авторитете среди населения и казачьей старшины он не сомневался[298].

В октябре 1672 г. после четырехмесячной турецко-польской войны был подписан Бучачский мир, согласно которому Подолье с завоеванным во время войны Каменцом переходила под непосредственное управление султана Османской империи, а Украина «в старых границах» была отдана под контроль казаков Дорошенко. Казацкие представители в лагере султана выдвигали требования религиозного характера: просили султана содействия в деле ликвидации унии и возвращения церквей. Эти требования даже не были рассмотрены[299]. Более того, с самого начала открылись негативные стороны турецкого владычества на Правобережье. Так, один из перебежчиков на Левобережье рассказывал, что, «…турские люди в городех церкви Божии разорили и учинили из них житницы, а иные на мечети обратили, а колокола на пушки перелили и жилецким людям нужды чинят великие, малых детей емлют (речь идет о „налоге кровью“ — изымании части новорожденных мальчиков в войско янычар — Д. С.), такоже и женетца силою и мертвых погребать и младенцев крестить беспошлино не дают»[300].