Пересекая Африку
- Автор: Камерон Верни Ловетт
- Год: 1981
- Язык: русский
- Переводчик: Л. Е. Куббель
- Жанр: Путешествия и география
Электронная книга - «Пересекая Африку». Краткое содержание книги:
Вождь Хисинене был в союзе с арабами в войне против Мирамбо, и через несколько дней после нашего прибытия воины были собраны и отправлены на театр военных действий.
Не получая никаких известий от Асмани или о нем на протяжении десяти дней, я забеспокоился и послал Мухаммеда Малима с полудюжиной людей и двумя своими верховыми ослами, чтобы он двигался как можно быстрее и удостоверился, как в действительности обстоят дела. Последовало долгое, тоскливое и беспокойное ожидание, вместе с нездоровым характером местности оно меня истомило, и у меня началась лихорадка заодно с острым приступом дизентерии. Спина моя тоже так отчаянно болела, что больше недели я не знал покоя ни днем, ни ночью.
Здесь можно было хорошо поохотиться. Немного оправившись, я часто брал ружье, шел на рисовое поле примерно в 50 ярдах за деревней и подстреливал какого-нибудь бекаса. Люди тоже все время ходили на охоту, принося то зебру, то газелей. Мясо зебры — лучшее мясо в Африке, и его едят все арабы и их семьи, хотя никто из них не прикоснулся бы к конине или ослятине даже ради спасения собственной жизни.
Рождество прошло очень убого. Днем начался ливень и затопил всю деревню. Ров и валик вокруг моей палатки смыло, и в ней было больше шести дюймов воды. Все промокло или отсырело.
Затем не удался мой обед, ради которого я сохранил банку супа, банку рыбы и пудинг. Деревенская собака украла рыбу, Самбо перевернул суп, а пудинг пригорел — и мне пришлось довольствоваться тощей курицей и куском лепешки из матами.
Здесь я наблюдал у туземцев очень любопытное суеверие. Один из моих людей прибежал ко мне, крича, что в одной из хижин — большая змея. Я, конечно же, взял ружье, собравшись ее застрелить, но, когда пришел туда, туземцы не дали тронуть пресмыкающееся, но удовольствовались тем, что спокойно отвели его — удава длиной футов десять — от селения длинными палками. Я спросил о причине такого мягкого обращения и получил ответ, что это пепо — дух или призрак; если его поранить, то с деревней или с ее жителями произойдет какая-нибудь беда.
За время своего долгого пребывания в деревне я имел много возможностей наблюдать обычаи жителей. Каждое утро, едва становится светло, они выходят из своих хижин и сидят вокруг огня, куря свою утреннюю трубочку. Покончив с этим, все, за исключением старух и малых детей, вождя и двух-трех старейшин, уходят работать на полях. Те, чьи поля лежат близко к деревне, возвращаются в полдень поесть угали, или каши, тогда как те, что работают дальше, варят и едят свою полуденную пищу на месте работы. Незадолго до з тхода солнца они возвращаются, а вечером танцуют, курят, поют, а также пьют, когда есть много зерна для изготовления помбе. Приносят барабаны и сильно бьют в них ладонями, а мужчины часами ходят по кругу с криком и воплями.
Женщины в этих случаях никогда не выступают вместе с мужчинами, но заводят иной раз собственный танец: жесты их и движения бывают при этом еще более безнравственны и неприличны, чем у мужчин (хоть и у тех они плохи в этом отношении!). Как и в большинстве других племен, мужчины и женщины никогда не сидят и не танцуют вместе.
Хижины, в которых они живут, обычно строятся из крепких столбов, вкапываемых в землю, а промежутки заполняются глиной. Крыша — плоская, с небольшим наклоном к фасаду, а балки покрыты либо кусками коры, либо кустами и травой, поверх которых уложено толстое покрытие из земли. На крыши часто выкладывают разрезанный на ломти сладкий картофель и тыквы разных видов, чтобы их высушить для зимних запасов.
Внутри этих хижин, как правило, два, иногда три отделения. В первом находятся небольшие лежанки, покрытые шкурами; здесь же — универсальный африканский очаг, состоящий из трех глиняных конусов (которые иногда бывают полые), образующих печь. Единственный вид кухонной посуды — глиняные горшки; почти все, что готовится в пищу, варится. В следующем отделении держат детей и ягнят, а самое дальнее используют как зернохранилище, где зерно ссыпается в линдо, или коробки из коры с крышками, тщательно замазанными глиной. Эти линдо часто имеют огромные размеры, некоторые из них в состоянии вместить содержание дюжины мешков. Линдо меньшего размера используют как дорожные сундуки.
Свет проникает только через дверь, которая также дает единственный выход дыму, и, как следствие, балки и стены черны и блестят, а паутина, которой они заплетены, покрыта сажей. Между балками укладывают посохи, луки, копья, палицы и стрелы, дабы подвергнуть их обработке дымом.
Как и можно ожидать, жилища эти кишат паразитами, худшие из которых — огромные клещи; укус их настолько болезнен, что арабы верят, будто они ядовиты и часто вызывают лихорадку.
Африканский очаг
Главный вид пищи здесь (как, впрочем, по всей Африке) — это угали, разновидность каши. Ее приготовляют так: кипятят воду и засыпают в нее муку; а затем все перемешивается, пока не образует густую и тяжелую массу. Тогда кашу вываливают из горшка и дают стечь лишней жидкости.
Мясо получают так редко, что съедают его самым хищническим образом. Однако, когда дичи много, туземцы порой проявляют некоторую предусмотрительность и коптят мясо, чтобы его сохранить. Этот процесс заключается в нарезывании мяса узкими полосками и помещении его на больших ветках над костром из сырого дерева.
Одежда ваньямвези сделана обычно из ткани, полученной от торговцев. Но более бедным людям приходится довольствоваться туземной тканью, сделанной из луба одной из разновидностей фигового дерева. В дождливый сезон кору этого дерева сдирают и обматывают ствол банановыми листьями, ожидая, пока луб станет достаточно мягок и тонок для обработки. Тут его снимают и погружают в воду, после чего укладывают на доску и слегка постукивают по нему колотушками, сделанными обычно из рога носорога, с желобом на лицевой стороне. С каждым ударом кусок луба делается шире и шире, а будучи окончательно выделан, он немного напоминает по виду фетровый вельвет[114].
Сорго после сбора урожая молотят на площадках из утрамбованной глины длинными изогнутыми палками; иногда они имеют на ударном конце небольшой кусок доски наподобие лопасти весла. Отделив от мякины, зерно укладывают в линдо. Когда требуется зерно для употребления, его толкут в ступе, дабы отделить ту мякину, что еще могла остаться, а затем размалывают в муку между двумя камнями. Больший из них закреплен в земле, и женщина, стоя на коленях, двигает по нему меньший. В общем это грубая операция, после которой мука содержит большую долю песка и каменной крошки. Занимаясь такой работой, женщины часто держат на спине привязанных детей.
Отличительные племенные знаки ваньямвези суть: вытатуированные вертикальные линии на лбу в центре и на каждом виске; два верхних резца, сточенные так, чтобы была видна стропилообразная щель; висящий на шее маленький треугольный кусок зуба бегемота или раковины, выскобленный добела и отполированный.
Украшения их состоят главным образом из бус и проволоки — бронзовой и железной. Вожди и начальники носят огромные цилиндрические браслеты из слоновой кости — от запястья до локтя, они используются также как сигнальные средства на войне. Ими ударяют друг о друга, и таким далеко слышным звуком вожди созывают своих людей.
Мужчины обычно выбривают макушку головы, а волосы носят заплетенными в бесчисленное множество маленьких косиц, которые искусственно удлиняют, вплетая в волосы длинные волокна луба. Эти косицы часто носят так, чтобы они свисали до поясницы, а отправляясь в дорогу, эту смесь луба и волос собирают в один пучок.
Другие, которым нужно казаться модными только при случае, имеют парики из бечевок, а волосы сбривают или же коротко стригут.
Женщины в убранстве волос не следуют никакой особой моде. Порой они позволяют им оставаться в их природном курчавом состоянии; зачастую волосы используют для ношения в них воткнутыми ножа, трубки или иных мелочей. Другие убирают волосы в бесчисленные маленькие валики, тесно (прилегающие к черепу и напоминающие грядки на огороде. А в отдельных случаях волосы собирают в большие подушкообразные массы, подкладывая под них лубяные волокна. Последние два способа причесывания занимают два или три дня; но когда произведение искусства завершено, оно остается непотревоженным месяцев шесть или даже дольше.
114
Изготовление мбугу — ткани из луба в доколониальное время составляло одну из важнейших отраслей ремесла в области восточноафриканских великих озер.