Чернобог (СИ)
- Автор: Gusarova
- Язык: русский
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Чернобог (СИ)». Краткое содержание книги:
— Мамочка.
Маленькая ведьма уже распечатала подарки — колпак феи со звездой и шлейфом и яркие крылышки, которые крепились за спиной. Саша с теплом подумала о том, что однажды Владе не понадобятся игрушечные крылья, чтобы летать. Мама всему её научит. Яхонтова подбросила дочку и прижала к себе.
— Ты почему босая флексишь? Не боишься простыть?
Та помотала растрёпанными волосами и положила Саше на лицо смуглые ручки.
— Ты у меня закалённая, да?
— Да. Я одичалая, как мой папа, — Влада выцепила одну единственную фразу, когда-то вскользь оброненную Сашей, и с тех пор каждый раз напоминала ей. Было и смешно, и грустно — дети обладают удивительной способностью запоминать и говорить то, чего не следовало бы. Вечные обличители.
— Ты мой медвежонок, — Саша покачала дочку.
— Это ты моя медведица, — Влада крепче прижалась к маме. — А я — твоя фея!
Выходной день прошёл в тёплой и дружеской атмосфере, даже не хотелось думать о том, что завтра всем придётся разъехаться. Сашу ждали дела.
Близнецы с Нико играли в приставку: духи на большом трехмерном экране носились по неоновым трассам, из верхнего холла то и дело раздавались возбуждённые возгласы и ругань. Саша с Валерой внизу просматривали старые видео, Бусинка спала у мамы на коленях. Взрослым стрибогам почему-то очень нравилось ностальгировать вместе. Прошлые ВКИ, поединки Саши и Дато, тренировки у Севы, ещё совсем маленькие мальчишки. Вот новогодний праздник — у ёлки стоят и поют песенку на два голоса колобки: Нико и Тим. Один поёт, пританцовывая и хлопая в ладоши, вторая фигурка самозабвенно раскачивается, повернув голову на огоньки. Саша прищурилась, вновь видя вместо румяного личика Тима серо-жёлтое месево. На всех фото и видео он выходил смазанным, потому записей с ним сохранилось немного. Но Валера, привычный таким вещам, смеялся, глядя на детей. Потом в объектив к внукам подошла бабушка Натела, и Вий омрачился. Саша запустила следующий файл. Это видео снимал Валера. На катке — он ехал задом, а к нему, семеня коньками и задорно хохоча, бежал Тим. Синие с узорами варежки, шапка, съехавшая набок, дутый комбинезон и безудержное веселье — пусть и без чёткости съёмки, но Саша дорисовала в воображении как в тот миг мило румянились щёчки мелкого. Тима догонял Нико — в отличие от младшего брата его было отлично видно. Вот он поймал Тима, и оба упали на каток. Валера подъехал и одной рукой принялся поднимать ребят. Саша умилялась тому, каким неуклюжим крошкой был когда-то Борзой. Потом услышала всхлип и увидела, что Вий утирает слезу. Тот стыдливо отмахнулся.
— Да я так, не обращай внимания.
— Нафиг ты его выгнал? Что это изменило? — напрямую и в очередной раз спросила Саша.
— Ему здесь не место, — тяжко вздохнул Валера. — Я беспокоился не только о нём, но и обо всех нас. Ты знаешь.
— Молодец, Зорро, ценю твою заботу, — кивнула Саша и выключила телек. — Подэшили мы с мелкой спать. И ты не засиживайся.
— Да, — Берзарин достал и набил трубку.
— Эй, хоуми, ты ж бросал, — напомнила Яхонтова.
— А я и бросаю, — отозвался Валера и предъявил содержимое табачного мешочка. — Одолень. Почти что ингаляция!
— Думаешь, поможет?
Вий пожал плечами и включил телек по-новой. Саша поняла, что до утра Берзарин решил залить ей гостиную слезами и пригласить Настю на оформление «рыбного моря»². Яхонтова уложила Бусинку с собой в кровать и приготовилась ко сну, когда голоэкран телефона щёлкнул сообщением «Юничата».
Snow Crow: привет, Саша.
Ya-Sanchez: ну, привет. Как дела?
Snow Crow: спасибо за еду. Было вкусно.
Саша глянула на спящую дочь и усмехнулась.
Ya-Sanchez: ой, надо же. Качурка занимает восьмую часть страны, и из всех экспедиций нам попалась именно твоя.
Snow Crow: не скромничай. Ты догадалась, что это мы.
Саша засмеялась громко и издевательски, ничуть не боясь разбудить Владу. Та умела спать так крепко, что и сейчас даже ухом не повела.
Ya-Sanchez: ты тоже догадлив, дич.
Snow Crow: по эмблеме на упаковках несложно понять. Что это был за парень? Твой знакомый?
Ya-Sanchez: а что? Твоей девчонке интересно или тебе?
Чат ненадолго замолк, а потом снова бликанул сообщением:
Snow Crow: готовься распрощаться с планами на добычу руды.
Ya-Sanchez: с чего бы?
Snow Crow: нам дадут статус заповедника и культурно-ценного объекта. Не сомневайся.
Ya-Sanchez: нашли окаменелое говно мамонта? Или ты себя за него выдашь из благородных побуждений?
Snow Crow: у нас тут дождь третий день.
Он мастерски умел уходить от темы беседы и тем непомерно ярил Яхонтову.
Ya-Sanchez: это духи на тебя гневаются. Хотят, чтоб ты свернул палатки и позволил нам сделать твой край богаче.
Snow Crow: обокрасть его, ты хотела сказать?
Саша издала злой смех.
Ya-Sanchez: сиди, мокни, дич.
Snow Crow: сижу, мокну. В чуме. Хочешь фото?
— Хочу, — двинула губами Саша и спустя секунду просветлела уже в иной, трепетной улыбке, которой и сама толком не заметила. Бритый наголо паршивец возлежал во внутреннем убранстве тёплого чума, едва прикрытый шкурами, и томно глядел на неё. По сильным плечам и груди сновали блики пламени и разбегались чернильные ёлочки татуировок, узкие блестящие глаза глядели с горделивым и манящим вожделением. Со следующей фотки шкур на этом одичалом уже не было.
«Так и виджевала, что нюдсов³ накидает», — прыснула в кулак Саша и тут же испугалась, как бы Влада не проснулась не вовремя.
Комментарий к 22. Заглядово ¹ — в колдовском мире «лицехватом» называется наследник рода, мальчик-первенец, способный убить мать родами. Это происходит в случае, если брак колдунов состоялся не по благоволению Неба. Нико и сам потерял мать родами.
² — «рыбное море» — категория аквариумов с солёной морской водой.
³ — «нюдсы» — «голые фотки».
====== 23. Схватка ======
1830 год, июль, Люжан, Фретция.
Афанасий Берзарин никогда не считал себя влюбчивым человеком. Холодность и здравость рассудка прекрасно соседствовали в нём с доброжелательной кротостью нрава, что неизменно располагало к графу людей всякого чина и сословия. Афанасий не имел злохотцев и ни к кому не относился дурно. Но — не мог похвалиться и искренней романтической привязанностью. Даже к Силе. Тот был старше, влиятельнее, мудрее. Состоять при Вие Афанасию нравилось не столько даже с позиции безусловной личной выгоды. Берзарин дорожил Силой, как другом и тем, кого искренне заботила его участь. Потому и перечить главному колдуну родного края не стоило.
Афанасий выписал чек на нужную сумму и с Ерёмой отправил Симону Иронделю, дабы тот перестал подозревать графа в непорядочности. Теперь Анна-Луиза формально стала собственностью Берзарина. Формально, потому что фактически Афанасий прекратил визиты к девице и упросил Дёмушку переменить постоялый двор. Они поселились ближе к центру Люжана, аккурат у готического Собора, и по утрам колдунов будил зычный колокольный перезвон. Тиронов каждый раз на гул колоколов принимался браниться, и половина его словес адресовались Берзарину, которому, видите ли, череп стал маловат от мудрствований. Тот же череп Дёмушка грозился всесторонне выправить, но потом звон умолкал, а Тиронов снова погружался в объятья сладкого утреннего сна и гладкокожих куртизанок. Афанасий же предпочитал являться в номера поздно, а исчезать в плену городских переулков — рано. Благо, что в Люжане было, чему подивиться. Афанасий слонялся по городу и пытался заставить себя сблизиться с Анной-Луизой. Каждый день давал себе зарок, что вот сегодня к вечеру непременно решится, но прибредал в ночи обратно, опустошенный думами, изнемогающий от усталости и отвращения к самому себе. Падал в постель и прежде, чем сомкнуть веки, молился, чтобы назавтра тоже провести день вхолостую, ничегошеньки не поменяв и не испортив. Сила прислал второе письмо, полное довольства, Афанасий впервые позволил себе резкость по отношению к патрону, взяв, да отправив негодное послание в огонь — при сожжении раздался издевательский хохоток Вия, а пламя сложилось в дулю.