Толкования на русские народные сказки. Заветы древней мудрости
- Автор: Байдин Валерий Викторович
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Алетейя
- ISBN: 978-5-00165-284-7
- Жанр: История
Электронная книга - «Толкования на русские народные сказки. Заветы древней мудрости». Краткое содержание книги:
Автор основывается на многолетнем изучении старинных поверий и обрядов, устной словесности и народной религиозности. Книга является дополнением получившего известность исследования «Древнерусское предхристианство» и предназначена широкому кругу читателей – всем, кого влекут сокровища народной мудрости.
Режь, да и только!
Уступил он, наточил ножик…
Побежала Хаврошечка к коровушке:
– Коровушка-матушка! Тебя хотят зарезать.
– А ты, красная девица, не ешь моего мяса. Косточки мои собери, в платочек завяжи, в саду их рассади и никогда меня не забывай, каждое утро водою их поливай.
Хаврошечка всё сделала, что коровушка завещала. Голодом голодала, мяса её в рот не брала, косточки каждый день в саду поливала, и выросла из них яблонька, да какая – боже мой! Яблочки на ней висят наливные, листвицы шумят золотые, веточки гнутся серебряные. Кто ни едет мимо – останавливается, кто проходит близко – тот заглядывается.
Случилось раз – девушки гуляли по саду. На ту пору ехал по полю барин – богатый, кудреватый, молоденький. Увидел яблочки, затрогал девушек:
– Девицы-красавицы! – говорит он. – Которая из вас мне яблочко поднесёт, та за меня замуж пойдёт.
Бросились три сестры одна перед другой к яблоньке. Яблочки-то висели низко, под руками были, а то вдруг поднялись высоко-высоко, далеко над головами стали. Сестры хотели их сбить – листья глаза засыпают, хотели сорвать – сучья косы расплетают. Как ни бились, ни метались – ручки изодрали, а достать не могли. Подошла Хаврошечка, и веточки приклонились, и яблочки опустились. Барин на ней женился, и стала она в добре поживать, лиха не знавать. (Аф., 100).
Эту притчу о добре и зле следует отнести к Средневековью (имя Хаврошечка происходит от греческого Феврония «светлая, лучезарная», в народном произношении – Хевронья, Хавронья), хотя в ней отчётливо сохранились праславянские верования в посмертное переселение души. Беззащитной сироте помогает покойная мать, душа которой воплощается в корове, а затем яблоньке – древних «родичах» человека в живом мире. Благодаря заступничеству своей радетельницы Хаврошечка претерпевает людскую злобу и без устали «ткёт холсты» – совершает непосильную работу. В ответ на жалобы девочки «корове-матушке», та просит «влезть ей в одно ухо, а вылезть из другого» – хранить родство и поминать в молитвах. Хаврошечка так и поступает.
Злые девицы Одноглазка и Двуглазка не могут понять, кто помогает сироте. «Зрячей» оказывается лишь умная Трёхглазка. От неё тайну узнаёт мачеха и приказывает «зарезать корову» (уничтожить в душе девочки любовь к покойной матери). Хаврошечка принимает обет «голодом голодать», но не есть «мяса коровы» (не отрекаться от матери), а затем «похоронить её косточки в саду» (жить с памятью о ней) и «каждое утро поливать» (оплакивать в молитвах). Над могилой «коровы-матушки» вырастает чудесная «яблонька» – жизнь сироты расцветает и даёт плоды. «Наливные яблочки», «золотые листики», «серебряные веточки» – добрые дела, слова и помыслы Хаврошечки, которая наследует праведность матери. Её сводные сёстры перенимают от своей матери зло. Жизнь их бесплодна, недобрые слова им самим «глаза засыпают» (ослепляют), а вредоносные помыслы «расплетают косы» (бесчестят). Хаврошечка находит достойного мужа, а злобных девиц вместо супружества ждёт полное одиночество.
Действие иносказания происходит в «женском мире». Матери и трём дочерям соответствуют отец и три сына из сказки-притчи «Сивка-Бурка», лунной корове с рогами в виде растущего и убывающего месяца – солнечный конь, растительно-земной символике древа жизни – небесно-огненный образ обрядового костра. Обе сказки увенчивает счастливый брак: Иванушки-дурачка с «царевной», а Крошечки-Хаврошечки – с «барином».
Снегурочка
Жил-был крестьянин Иван, и была у него жена Марья. Жили Иван да Марья в любви и согласии, вот только детей у них не было. Так они и состарились в одиночестве. Сильно они о своей беде сокрушались и только глядя на чужих детей утешались. А делать нечего! Так уж, видно, им суждено было. Вот однажды, когда пришла зима да нападало молодого снегу по колено, ребятишки высыпали на улицу поиграть, а старички наши подсели к окну поглядеть на них. Ребятишки бегали, резвились и стали лепить бабу из снега. Иван с Марьей глядели молча, призадумавшись. Вдруг Иван усмехнулся и говорит:
– Пойти бы и нам, жена, да слепить себе бабу!
Скатали они туловище с ручками и ножками, наложили сверху круглый ком снегу и обгладили из него головку, вылепили носик, сделали две ямочки во лбу, и только что Иван прочертил ротик, как из него вдруг дохнуло теплым духом. Иван второпях отнял руку, только смотрит – ямочки во лбу стали уж навыкате, и вот из них поглядывают голубенькие глазки, вот уж и губки как малиновые улыбаются. Снегурочка зашевелила ручками и ножками в снегу, словно грудное дитя в пеленках, снег с неё отвалился, как скорлупа с яичка.