Саломея. Образ роковой женщины, которой не было
- Автор: Нежинская Розина
- Год: 2018
- Язык: русский
- Год: НЛО
- ISBN: 978-5-4448-1034-7
- Жанр: Исторические приключения
Электронная книга - «Саломея. Образ роковой женщины, которой не было». Краткое содержание книги:
Многие автопортреты этого типа изображают художника en decapité – обезглавленным. Известна картина Кристофано Аллори, где он представил себя в виде Олоферна, а свою любовницу – в образе Юдифи (начало XVII в.). Существуют также произведения Кранаха и Караваджо, где художники, по всей видимости, придали лицу Олоферна свои черты (1530 и 1598–1599 соответственно).
В следующих главах я обращусь к примерам портретного тождества автора произведения его персонажу, особенно en decapité, рассмотрев пять таких случаев, касающихся обезглавливания Иоанна Крестителя и Саломеи. Четыре автопортрета имеют визуальный характер и рассматриваются в этой главе; пятый – словесный автопортрет – будет обсуждаться в главе 6. Четыре произведения визуального искусства таковы: «Саломея» Тициана, написанная около 1515 года и выставленная сегодня в галерее Дориа-Памфили в Риме; «Саломея» («Голова Иоанна Крестителя, представляющая собой автопортрет Эмиля Бернара») кисти Бернара, 1897 года, а также «Танцующая Саломея», созданная им в 1914 году; и, наконец, акварель «Явление» Гюстава Моро, представленная на Парижском салоне 1876 года и ныне хранящаяся в Лувре. Пятый автопортрет (литературный) – неоконченная поэма Стефана Малларме «Иродиада». Все эти произведения содержат в себе скрытые смыслы, в ряде случаев отражающие биографические и исторические события жизни их авторов, но при этом каждое из них есть отражение внутренней жизни художника, его понимания искусства и творчества.
Тициан
Саломея на одноименной картине Тициана держит блюдо с головой Иоанна Крестителя. Как и во многих картинах эпохи позднего Возрождения на эту тему, Саломея отворачивается от своего трофея. Эрвин Панофский описывает эту картину так:
Саломея, несущая блюдо с головой Крестителя, изображена на фоне каменной кладки, которая, судя по замку́, является стеной тюрьмы святого и каким-то загадочным образом связана с передней стеной, прерываемой аркой. Задумчивая, грустная и немного оцепенелая, Саломея словно отпрянула от лица св. Иоанна, которое с какой-то неодолимой силой все еще притягивает ее долгие взгляды; служанка – обычно встречающаяся в изображениях Юдифи, а не Саломеи, но все же включенная сюда, возможно впервые, для создания резкого психологического контраста, – смотрит на героиню глазами преданной собаки, которая чувствует и разделяет печаль хозяйки, хотя и не понимает ее причины[104].
На заднем плане Тициан изобразил купидона, тем самым возродив средневековую версию легенды о Саломее, согласно которой она велит отрубить голову Иоанну из‐за крушения собственных любовных надежд. Тициан изобразил голову Крестителя со своими чертами, превратив ее в автопортрет. Согласно Панофскому, «Саломея» Тициана —
самый ранний пример тех портретов en decapité, в которых сраженный любовным чувством художник придавал собственные черты или Олоферну (как в случае со знаменитой «Юдифью» Кристофано Аллори в Палаццо Питти, где героиня олицетворяет любовницу Аллори, «La Mazafirra»), или Голиафу (как в случае с «Давидом» Караваджо в Галерее Боргезе)[105].
Легенда о безответной страсти Саломеи к Иоанну Крестителю впервые появилась в относящихся к XII веку сочинениях Ниварда, каноника и scholasticus св. Фараильды из Гента. Покровительница этого города св. Фараильда (латинизированное имя фламандской святой Верельды) была прямо связана с Саломеей (которую в поздней Античности и в Средние века часто ошибочно называли Иродиадой). В средневековых германских мистериях Саломея отождествлялась с фрау Хульдой, фру Хелле и фру Хельдой, древнегерманской богиней бури. Это отождествление было вызвано утверждением, встречающимся в некоторых германских легендах, что «ее унесло на небо порывом ветра, чудесным образом вырвавшимся изо рта головы Крестителя»[106], в наказание за участие в его казни. Затем фру Хельде было отведено место в «Дикой охоте» (Wilde Jagd или Wildes Heer), где ночами она летала верхом на облаках. В этом качестве фру Хельде поклонялись с X по XII век. Фонетическое сходство имен фрау Хельда и фламандского Верильда/Верельда стало причиной объединения фигур Саломеи и св. Верельды (Фараильды)[107].
Нивард превратил историю смерти Крестителя в историю любви, в которой Саломея (он называет ее Иродиадой) «была безумно влюблена в Крестителя и поклялась не выходить ни за кого другого»[108]. В ответ на это жестокий и разгневанный Ирод приказывает казнить Иоанна. В любовном отчаянии Саломея просит его голову. Она обнимает ее, омывает поцелуями и тщетно пытается поцеловать. Голова отвергает ее домогательства и дует на нее так, что она поднимается в воздух, где ее преследует дух Крестителя. Последняя отрада Саломеи в пору этих страданий – почитание миллионов поклонников, которые в конечном счете стали боготворить ее как святую, возможно, потому, что она, как и реальная Фараильда, осталась девственницей. Нивард подчеркнул слияние двух фигур, заявив:
104
Panofsky E. Problems in Titian, Mostly Iconographic. N. Y.: New York University Press, 1969. P. 42–43.
105
Ibid. P. 43.
106
Panofsky E. Problems in Titian, Mostly Iconographic. P. 44.
107
Ibid. P. 44–45.
108
Ibid. P. 45.