Электронная книга - «Соцветия (СИ)». Краткое содержание книги:
— Это ни к чему, — спокойно отвечает Инь Цзянь, совершенно не смутившись от таких предположений. Неужто мертвеца пожалел для такого дела? — Я покажу все на тебе, если ты так боишься пробовать на мне.
Боится! Сам же и пытался запугивать своими обещаниями, между прочим, а теперь упрекает. И что бы это значило?
— То есть теперь ты изменил свое мнение и предлагаешь роль женщины мне? — обдумав услышанное, осторожно уточняет Юй Минъе. Не то чтобы он против, но все-таки с этой мыслью ему тоже потребуется примириться… Он-то уже настроился! Пускай Инь Цзянь и очень старался ему в этом помешать.
— И да, и нет, — весьма туманно отвечает тот, снова кривясь — подходящего названия предназначенной в плотских утехах роли так и не нашлось. Он поднимает взгляд к потолку, задумываясь над тем, как бы доступнее объяснить свои планы, прежде чем продолжает: — Я все еще не хочу радеть за твое удовольствие, но указать верный путь обязан. Если ты и после этого не сообразишь, что делать… Повторить-то как-нибудь сможешь да продолжить? А нет — так полетишь в окно.
— И снова угрозы! — усмехается Юй Минъе, но на этот раз он уже не чувствует подавленности. С окнами у него отношения хорошие, да и в целом все звучит… Весьма многообещающе. И хочется все-таки слегка подразнить Инь Цзяня, поэтому он, прищурившись, спрашивает: — Цзянь-Цзянь, а если ты не справишься?
— Это уж вряд ли, — закатывает глаза тот. — И я же сказал: мне совершенно все равно, понравится тебе или нет, это не моя забота!
Ох, врет и не краснеет! Он с большим тщанием подходит к вопросу оказания ответных услуг, и явно не только для того, чтобы не чувствовать себя должным! На это можно лишь посмеяться. Однако Инь Цзянь совсем не спешит веселиться вместе с ним — по его лицу снова словно тень пробежала. И о чем же он таком думает, что ему не дает покоя?
— А может ты мне теперь скажешь, в чем дело? — спрашивает Юй Минъе. И настороженно интересуется: — Ведь ничего же не произошло?
Вдруг его опять донимают загадочные наемники или что-то в этом роде, о чем он не желает говорить? Инь Цзянь довольно долго молчит, а затем нехотя отвечает:
— Да вот никак не могу взять в толк, как же наследный принц мог сбежать из Дворца?
Ах, вот в чем дело! Если честно, это даже немного обидно.
— Ты все еще думаешь, что я тебе солгал и выдаю себя за другого? Но ведь…
— Нет, я просто думаю, что тебя будут искать и скоро найдут, — резко обрывает его Инь Цзянь, упираясь ладонью ему в грудь. — И мне не нужны здесь члены твоего культа под окнами, хватает одного тебя!
Теперь и самому Юй Минъе впору загрустить — наверняка уже кого-то послали на поиски! Время пролетело незаметно для них обоих: Инь Цзянь-то начисто позабыл о своем обещании, что избавится от назойливого на тот момент ухажера, как только решит свои проблемы со сном. Ничего придумывать, как грозился, он явно не собирается, ведь его полностью устраивает нынешняя ситуация… Но до бесконечности так продолжаться не может, этим он и обеспокоен.
— Я все еще желаю забрать тебя с собой во Дворец Темной Ночи, — честно отвечает Юй Минъе, немало польщенный.
— А я все еще не желаю об этом ничего слышать, — отрезает Инь Цзянь. — Вода скоро остынет, чего сидишь просто так? Помоги мне вымыться!
Комментарий к Часть 16
И я снова здесь. Бесконечные попытки потрахаться, да.
А из хороших новостей - скоро вас ждет кое-что новенькое, даже в двойном масштабе :3
========== Часть 17 ==========
Комментарий к Часть 17
Вы в курсе, что написать околоромантический R гораздо сложнее, чем трэшовый NC??? Вот я об этом только вчера узнал, когда сел писать. Тип… А че делать? Я к такому не привык. Это что тут происходит?!
Но с челленджем я справился, мальчики тоже, а понравится вам или нет, уже не мне решать =D
Юй Минъе пораженно выдыхает, не решаясь посмотреть вниз: его взгляд устремлен ровно вперед, на кружащегося в танце журавля, изображенного на ширме возле кровати. В голове пусто, словно кто-то безжалостно выжег оттуда все связные мысли, но не сказать, что ему не нравится это ощущение.
— Ого, — с трудом выдавливает из себя он, и это самое большее, на что сейчас способен его разум.
Инь Цзянь осуждающе цокает языком — его такое косноязычие в качестве восторга своим талантом совсем не впечатлило. А он, честное слово, заслужил стихи в свою честь и когда-нибудь обязательно их услышит, хочет того или нет!
— Отвратительно, — севшим голосом заключает он. И добавляет совсем уж убийственно: — Без этого обойтись было никак нельзя?
Юй Минъе все же находит силы оторваться от чудес живописи на докторской мебели и опускает взгляд на сидящего перед ним Инь Цзяня. Все в нем — от нахмуренных бровей до брезгливо поджатых губ, — выражает ярое неодобрение напополам с осуждением. И несложно догадаться, что вызвало такую досаду: ему бы сейчас не помешал платок, чтобы стереть чужое семя со своего лица.
— Ох, Цзянь-Цзянь, извини, но сдержаться не было никакой возможности! — глотая слоги, начинает оправдываться Юй Минъе. — Не беспокойся, я быстро восстановлю мужские силы и не обделю тебя!
Даже быстрее, чем можно предположить — от такого великолепного зрелища все внутри закипает, и безумно жаль, что Инь Цзянь явно не разделит восторга. И правда, совсем не разделяет, потому что с презрением выплевывает:
— Это меня как раз не волнует: на такой случай я приготовил пару настоев. А то, что тебе вздумалось меня не предупредить — возмутительно!
Продолжая кривиться и вполголоса порицать неуважение к своей персоне, он вытирает последствия вспышки страсти Юй Минъе рукавом его же сброшенной рядом нижней рубашки. Тому совсем не жаль, но извиниться еще и за это все-таки стоит.
— Прости меня, впредь я буду аккуратнее. Просто ты такое вытворял…
Снова больше похоже на оправдания, нежели на покаяние, но, кажется, Инь Цзяня это вполне устраивает. Почти без холода в голосе он бросает:
— Заслужи еще это «впредь».
Он принимается вытирать и без того испачканной тканью еще и руки, покрытые скользкой пленкой из цветочного масла. Между прочим, собственноручно им приготовленного, как он признался. Но основная заслуга его совсем в ином: Юй Минъе не зря подивился его стараниям! Правда, еще сильнее изумил он сам себя.
Несмотря на то, что до того Юй Минъе успел себя убедить в том, что ничего постыдного и тем более страшного его не ждет, чувствовал он себя поначалу крайне неловко. Инь Цзянь ему не слишком-то помогал сухими указаниями, как удобнее — для доктора, разумеется! — устроиться и что он собирается сейчас делать. Сама мысль о проникновении чего-то постороннего в свое тело все равно слегка пугала Юй Минъе, но вместе с тем и будоражила.
А стоило Инь Цзяню опуститься коленями на подушку, заранее положенную на пол возле кровати, сомнений прибавилось — очень уж похоже это стало на памятный осмотр! Особенно, когда в поле зрения появились знакомые перчатки… Но тут Юй Минье твердо настоял на том, что если уж доктору приспичило сделать с ним что-то своими прекрасными пальцами, то пускай изволит трудиться без преград! Инь Цзянь, конечно сопротивлялся (похоже, что для вида), но согласился.
Ощущения были очень… странными! Неприятными назвать их было сложно, но и ожидаемым удовольствием как-то и не пахло. Но это только сперва: сколько бы Инь Цзянь не давил на свое равнодушие к чужим радостям, он явно был настроен на результат. И заодно продолжал делиться почерпнутыми в сборнике знаниями, и теперь Юй Минъе все было понятней некуда. Испытывать все на себе — это не занудную книжку начитывать!