Электронная книга - «Первые из нас (СИ)». Краткое содержание книги:
И вот накануне того дня, когда Фритц должен был встречаться с избирателями, толкать речь и побороться с другими кандидатами в прямом эфире за новую должность — исполняющего обязанности Президента республики Винтерра — наш ребёнок вдруг решил, что самое время появиться на свет.
Полночи Фритц сочинял свою речь, а я в позе тюленя валялся рядом и время от времени исправлял ошибки в его уже двадцатый раз пересохраненном файле. Безукоризненно выглаженный чёрный костюм смиренно ждал утра, когда его обладатель должен был отправиться в Центр и начать подготовку к едва ли не самому важному для кандидата в Президенты дню. Лежать мне было почему-то неудобно, я все никак не мог найти комфортное положение. Болела спина и немного тянуло то ли поясницу, то ли низ живота. На часах уже было три часа ночи, когда нас, наконец, сморило — а рано утром я проснулся от странных, ни на что не похожих ощущений. Живот снова потягивало, а настроение у меня почему-то было на редкость отвратительным. Я злился на свой организм, котовой не дал мне поспать подольше, на Фритца с его долбанной речью и на будильник, который зазвенел, едва мне снова удалось уснуть. Фритц вызвал машину и в десятый раз спросил меня, точно ли я хочу поехать с ним в Центр и торчать там, пока он выступает. Но мне уже так надоело сидеть дома и бездельничать, что я был рад возможности проветриться, даже рискуя стать предметом всеобщего обсуждения. Ближайшие помощники Фритца уже были осведомлены, кто я такой и о моем положении, так что в этом плане можно было особо не переживать. По телевизору постоянно крутили передачи с исследованиями и научными разборами того, что происходило с сыновьями Винтерры, да и мне рано или поздно пришлось бы засветиться, как партнёру будущего Президента, так что я уже смирился и потихоньку готовился к публичной жизни.
Пока мы собирались, тянущие ощущения в животе вновь вернулись. Едва я успевал их осознать, они прекращались, и я отгонял от себя мысли о том, чтобы позвонить Ханне и спросить, что это может быть. После пятого или шестого раза, когда они вновь утихли, а затем вернулись с новой силой, я уже стал напрягаться.
В своём кабинете, когда стилисты готовили Фритца к пресс-конференции, он заметил мое переменившееся выражение лица и поинтересовался, что случилось. Я сидел на столе, болтал ногами и мрачно наблюдал, как девушка-визажист порхала вокруг него и припудривала шрамы на лице. Мне не нравилось, когда ему маскировали шрамы: они были частью его, и мне хотелось, чтобы все тоже видели, через что он прошёл, чтобы оказаться на таком высоком посту.
— Алиссен! Ты меня слышишь? Что с тобой сегодня?
— Живот как-то странно тянет. Периодически.
— Болит? И давно это у тебя? — нахмурился Фритц.
— С ночи, видимо. Спалось тоже как-то не очень.
Визажистка обернулась и внимательно поглядела на меня.
— Похоже на начало схваток, — заявила она и продолжила невозмутимо работать.
Фритц напрягся, и лицо его приняло каменное выражение. Я тоже нахмурился. В этот момент внизу стало ощутимо больно. Я сосредоточенно поджал губы, пытаясь вспомнить все, что слышал от врачей о том, как это вообще происходит.
— Операция через полторы недели, — сказал Фритц. — Ещё рано. Это невозможно.
— Наверное просто тренировочные схватки. У меня так с обоими сыновьями было, — авторитетно произнесла стилистка. — Все, господин Крюгер, я закончила. Через пару часов пройдёмся ещё раз матирующимм салфетками.
— Спасибо, Кристина.
Фритц закрыл за девушкой дверь, а когда обернулся, то обнаружил меня, вцепившегося в спинку стула.
— Да твою ж мать, Алиссен, ты меня пугаешь! Позвонить доктору Вонг?
— Н-не, вроде отпустило, — выдохнул я и выпрямился.
Фритц чуть расслабился и издал нервный смешок.
— Вот и хорошо. Не вздумай сейчас рожать!
— Перестань говорить так, будто это зависит от меня, — раздраженно буркнул я.
— Ну ты уж постарайся. Только не сегодня, ладно? Сегодня охренеть какой важный день.
— А когда? — я мрачно сверлил его взглядом. — Когда в твоём гребаном расписании стоят роды?
Фритц непонимающе уставился на меня и почесал репу.
— Через полторы недели, как и было назначено врачами. Разве не так?
Я сплюнул и неуклюже опустился на диван.
— Вали уже на свою конференцию!
— Да какого хрена, Алиссен? — разозлился он. — Если тебе плохо, так и скажи! А если нет, я пойду!
— Мне хорошо. Можешь идти спокойно!
Когда он с силой захлопнул за собой дверь, боль вновь вернулась — и, кажется, усилилась. Я взял в руки телефон и поглядел на него, так и не решившись набрать номер Ханны. По правде говоря, мне было просто страшно: вдруг это и правда роды? Тогда пути назад уже не будет, я уеду в больницу, и жизнь уже не будет прежней. Глупо было оттягивать этот момент, но особым умом я в тот день не отличался в принципе.
Когда меня отпустило, я вышел из кабинета и заковылял к большому атриуму, откуда можно было незаметно наблюдать за ходом конференции и следовавшими за ней дебатам. Испытывая лёгкие угрызения совести, я глядел, как далеко внизу Фритц сосредоточенно копошится в своём планшете и, вероятно, перечитывает заготовленную речь.
— Алиссен? — откуда-то сбоку я услышал знакомый голос.
— Дэнни! — я не поверил своим глазам и машинально отступил за парапет. — Охренеть, вот это да!
Он улыбнулся и смущённо кивнул на мой живот.
— Не прячься, я уже все про тебя знаю.
Одет Дэниел Беккер был так, словно сам собирался участвовать в конференции, а в руках у него была папка с кучей бумаг и смартфон. Он заметно повзрослел и возмужал за те месяцы, что мы не виделись. Я немного помялся и шагнул ему навстречу.
— И про то, что мы с тобой родственники, тоже знаешь? — негромко спросил я.
— Да, — он улыбнулся ещё шире. — Отец рассказал, после того, как сдал тест. С ума сойти, да?
— Это точно!
Мы неловко обнялись и похлопали друг друга по плечам.
— Пришёл поддержать своего парня? — спросил Дэнни, кивнув в сторону атриума. Он то и дело с любопытством поглядывал на мой живот.
— «Парня». — сморщился я. — Такое дебильное определение. Он для меня нечто большее, чем просто парень… Только вот поддержка из меня вышла так себе. А ты какими судьбами здесь?
— Да… — он понимающе кивнул. — Меня вот господин Крюгер сюда и послал, чтобы проверить, как у тебя дела. Он разрешил мне стажироваться под своим началом... Отец очень ему благодарен.
— Как он?
— Ну, вполне неплохо, учитывая, что большую часть наших счетов заморозили. Зато мы можем работать, и у нас остался дом. Правда, в бассейне теперь холодновато. Так что улыбаемся и пашем.
— Ты молодец, Дэн. Если Фритц нанял тебя несмотря на то, что ты сын бывшего Сенатора, значит в тебе что-то есть.
— Да, — Дэнни покраснел, — надеюсь, что он это сделал не из-за того, что я твой брат...
Я вдруг ойкнул и согнулся пополам.
— Ты чего? — испуганно спросил он.
— Ч-черт! — прошипел я. — Из меня что-то льётся! А-а!
В машине скорой помощи, которую прислала за мной Ханна, я шипел и матерился, потому что теперь болело раз в двадцать сильнее и намного дольше и чаще, чем раньше. Бледный как простыня Дэниел сидел рядом и испуганно таращился на меня и мой торчащий живот с подключённым к нему аппаратом КТГ.
— Расскажи мне что-нибудь! — заорал я во время очередного приступа схваток (в том, что это были именно они, я уже не сомневался).
— Мой брат рожает! Вот это чума!
— Твою мать, какой интересный рассказ!!!
— Алиссен, я должен позвонить господину Крюгеру…
— Не вздумай его отвлекать! Что я, не справлюсь без него? О-ох…
— Ну ты это, дыши там, все дела… Как в кино.
Меня уже везли в операционную, когда между приступами схваток краем глаза я заметил, что Дэнни украдкой бормочет что-то в телефон.