Электронная книга - «Первые из нас (СИ)». Краткое содержание книги:
Один из вошедших позже всех опустил оружие. Некоторое время он что-то бормотал по радиосвязи и сверялся с электронной картой, затем спрятал ее в карман, неторопливо опустил маску и огляделся. Я не мог не узнать эту солдатскую выправку, уверенные, отточенные движения и решительное хмурое лицо.
— Фритц, — прошептал я. Вряд ли он мог услышать меня оттуда — но взгляд его над головами обнимающейся толпы тотчас же устремился в мой угол.
Я вскочил с места и плотнее запахнул куртку, которая полностью скрывала мою фигуру. Он должен будет увидеть, но не сейчас. Не среди толпы вроде бы своих, но все-таки совершенно чужих людей.
Словно в замедленной съемке наши взгляды встретились и застыли. Сложно было что-то прочесть в его глазах, да я и не пытался; просто глядел и не верил в происходящее. Похудевшее, заострившееся лицо и глубоко запавшие глаза казались знакомыми и одновременно чужими. Он дёрнулся было навстречу, и я тоже очнулся от ступора: нужно было пробраться сквозь галдящую толпу людей, преодолеть эти несчастные двадцать метров и, наконец, прикоснуться друг к другу. Но тут кто-то подскочил к Фритцу, его принялись хлопать по плечам, пожимать руки, о чём-то наперебой спрашивать… К тому времени, как я смог подобраться ближе, его уже окружила целая куча людей.
Не дойдя нескольких метров, я остановился и криво улыбнулся. Нельзя забывать, что он теперь — важный человек. Лидер Сопротивления, на которого были устремлены десятки глаз. Меня едва не задел по плечу Анри Паскаль, ломанувшийся в толпу с какими-то чудом уцелевшими бумажками для Фридриха Крюгера. Я уже было сделал пару шагов, чтобы отойти, и тут вдруг почувствовал, как твёрдая рука схватила меня за локоть. Лёгкие наполнились до боли знакомым запахом, от чего перехватило дыхание. Я ещё даже не успел обернуться, как оказался зажат в железных объятиях без возможности перевести дух.
— Алиссен, — выдохнули мне в макушку. Горячий воздух обжег кожу, и она покрылась мурашками. Я поднял взгляд и несколько секунд мы смотрели друг на друга, не обращая внимания на шёпот и вопросительные взгляды окружающих. Затем я блаженно прикрыл веки, уткнулся лицом ему в шею и стиснул руки за его спиной.
— Фритц, черт возьми… — сдавленно прошептал я.
Одной рукой он взял меня за подбородок, а другой вытер слёзы с моих щёк. Я сконфуженно улыбнулся. Затем, совершенно неожиданно, Фритц наклонился и коснулся моих губ своими. И все это на глазах у десятков людей! Это было так странно, что казалось, будто я все ещё сплю.
Когда меня, наконец, отпустили и вернули на землю, я ловил губами воздух, как выброшенная на берег рыба. Пьяным взглядом обвёл окружавшихся, заметил Анри, ошалело застывшего с бумагами в руках, и то, как Марта заговорщически пихнула его под бок.
— Дай мне минут десять, — негромко сказал Фритц, наклонившись к моему уху. — Я должен здесь закончить.
Я кивнул и, пошатываясь, отступил ему за спину, и по пути поймал на себе мрачный взгляд Нико Фогеля. Тот сидел с перевязанной ногой, опершись на подушки, и на щеках его красовался лёгкий румянец. Фритц же как ни в чем ни бывало подобрался, расправил плечи и поднял руку вверх, требуя тишины. Народ прекратил обниматься и внимательно уставился на него. Я продолжал то и дело ловить на себе удивлённые взгляды.
— Граждане свободной Винтерры! — он замолчал, затем продолжил уже менее торжественно. — Друзья. Как вы уже поняли, мы победили. Прямо сейчас наше ополчение берет контроль над важнейшими опорными пунктами Сената. Сам Сенат пал: правительственный район оцеплен, и часть Сенаторов уже арестована. Техники проверяют, не повреждена ли система управления метеокуполом, и если все в порядке, в ближайшее время его включат. Скоро снова станет тепло. Мне жаль, что вам пришлось оказаться в повреждённом здании в такой мороз. Но прежде чем разобраться с теми, кто это устроил, следовало завершить операцию. Мы пытались с вами связаться, но военные включили заглушки. Я рад, что обошлось без серьёзных потерь. Всех желающих обратиться за медицинской помощью мы отвезём в больницу.
Нам предстоит много работы. Но я обещаю: мы сделаем все, чтобы граждане Винтерры достойно жили и трудились во благо нашего общего будущего. Спасибо, что поддерживали нас до конца и верили в то, что мы делаем.
Едва он договорил, откуда-то с улицы донёсся низкий протяжный гул, напоминающий приближающийся вагон метро. Собравшиеся в зале люди принялись тревожно переглядываться, кто-то в страхе пригнулся.
— Я знаю этот звук, — воскликнул Анри. — Метеокупол включился!
И тут поднялся радостный шум. Фритц удовлетворенно кивнул, развернулся спиной к ликующей толпе и поглядел на меня.
— Вау, — произнёс я беззвучно.
Он самодовольно усмехнулся и жестом позвал меня пройти за ним. Мы вышли в коридор, и я невольно поёжился от холода.
— Ну, как ты тут? — спросил Фритц таким будничным тоном, словно мы встретились за чашкой кофе после работы.
— Деньки выдались прохладными, а в целом неплохо.
Он протянул руку и осторожно потрогал пластырь у меня на лбу.
— А, это…. Слегка оглушило взрывом, — пояснил я.
Фритц хмуро вглядывался в мое лицо.
— А ну открой рот.
Я вопросительно уставился на него, но рот всё-таки открыл.
— Это ещё что? Где зуб? — спросил он строго.
— Потерялся где-то в тюрьме.
— Вот с-суки, — Фритц злобно пнул стену. — Обещаю, они за это ответят.
Из обеденного зала стали выходить люди, и нам пришлось посторониться. Они шли собирать вещи, и похоже, собирались расходиться по домам.
— Это и правда конец? — спросил я, все ещё не в решаясь поверить в происходящее.
— Войне — да, — сказал Фритц и задумчиво подвигал подбородком. — А так я бы сказал, что это только начало.
Один из ополченцев с коммуникатором в руке подошёл к нам и кашлянул.
— Командир Крюгер, на связи отряд из здания Сената для дальнейшей координации…
— Позже, Кеннет, — оборвал его Фритц. — Передай, что я с ними свяжусь. Позже.
Тот кивнул и удалился. Я проводил его взглядом и произнёс:
— Раньше ты бы сначала закончил дела, а потом говорил со мной. И точно не стал бы целовать у всех на виду. Ты точно в порядке? Не подумай, я очень рад, но мне хочется знать, что изменилось.
Фритц сунул руки глубоко в карманы куртки и какое-то время молчал. Я видел, как он сосредоточенно поджимает губы и переминается с носков на пятки.
— Когда меня подстрелили, прежде чем отключиться, я не думал о Сопротивлении и о том, что не успел завершить своё дело. Единственное, о чем я жалел, это то, что отказал тебе, — выдал он в конце концов, буравя взглядом пол.
— Ох, — я вдруг резко выдохнул и схватился за стену. И дело было не в словах Фритца, а в довольно ощутимом пинке, которым наградил меня наш ребёнок. Я никак не мог привыкнуть к этим ощущениям, но за последние сутки они стали едва ли не самыми желанными на свете. Они означали, что с ним все было в порядке.
Фритц же с подозрением поглядел на меня и как-то совсем уж упавшим голосом пробормотал:
— Толкать речь на собрании явно проще, чем вот это все.
— Речь была эпичной! — выпалил я, чтобы хоть как-то поддержать его. А в моем животе, судя по ощущениям, переворачивался утюг. — Особенно тот момент, когда метеокупол включился… Это так было задумано или вышло случайно?
Губы Фритца тронула лёгкая улыбка. Он протянул ко мне руки и я с наслаждением прильнул к нему. Мы стояли и слегка покачивались, а воздух вокруг с каждой минутой заметно теплел. Метеокупол делал своё дело.
— Мне очень тебя не хватало, — шепнул я.
— Да, — глухо выдохнул он мне в макушку. Я понял, что на его языке это означало то же самое.
Через какое-то время мы отпустили друг друга, и Фритц поглядел на часы.
— Пора собирать вещи. Я могу помочь а потом мне нужно ехать в Центр. Если хочешь, можешь поехать со мной. А после…