Идеология русской государственности. Континент Россия [litres]

Всё это заставляет думать, что Иван Васильевич пользовался советами приближённых, пока они были полезны и способствовали реализации его намерений. Это было так, пока ход событий в основном сохранял инерцию обычая. А когда накапливающиеся перемены обычай потеснили, эти советы перестали быть полезными. Тогда-то царь и счёл за благо советчиков сменить. А может, и сделать что-то ещё.

С высоты сегодняшнего понимания можно сказать, что если знания всех советчиков оказываются бесполезными, нужно добыть новое знание методом проб и ошибок. А главное знание в таких ситуациях, как сказано выше, это знание о пределах власти. Трудно не увидеть эксперименты по добыче именно этого знания в таких действиях Грозного, как передача власти Симеону Бекбулатовичу или опричнина.

Резюмируя, можно сказать, что так называемые участники «Избранной рады» в целом действовали в рамках обычая, сложившегося порядка вещей. А более консервативные из них, как Курбский, продолжали считать обычаем тот порядок, который прекратил своё существование уже при Иване III, то есть не только не способствовали переменам, но активно противостояли им, добиваясь возврата в прошлое.

Поборником же и организатором перемен выступал как раз Иван Грозный. Его нетрадиционные действия потому и шокировали современников, что шли вразрез с обычаем и разрушали его. Его упорство в таких действиях указывает на то, что образ (прожект) будущего государства у него был. Но он не был обеспечен необходимым прикладным знанием (идеологией), а потому и не мог быть явно выражен в какой-то конституции. Царь просто утверждал своё видение государства делами, решая проблемы по мере их возникновения.

Так же поступили в 1613 году и вышеназванные вдохновители Земского собора, избравшего на царство основателя новой династии Михаила Романова. Они руководствовались собственным государственным сознанием, а вовсе не какой-то «конституцией», никаких признаков каковой ни в актах Собора, ни в свидетельствах современников не обнаруживается. Что неудивительно.