Божественный лик Византии

В провинциях и самом Риме все еще существовали местные органы управления, муниципалитеты, получившие свою компетенцию в республиканские времена. Из должностных лиц, находившихся в провинциях, нужно упомянуть сенаторских легатов, управлявших ими (praeses provinciae), начальников легионов, расквартированных в провинциях, и самостоятельных начальников пограничных войск (dux limitis). Как легко понять, они замыкались на разные органы центральной власти, что создавало большие трудности.

Верховную власть помимо самого императора осуществлял сенат – оплот римской аристократии. Но если компетенция сената прошла многовековой путь формирования, то этого нельзя было сказать об императоре. Princeps, как его величали изначально, мыслился римлянами лишь в качестве добавления к старым республиканским органам власти. Но со временем компетенция императоров многократно расширилась за счет остальных органов управления. Так, за ними стали признавать постоянное верховное главнокомандование, проконсульскую власть, право контроля над всеми провинциями, личную неприкосновенность как священной особы, председательство в сенате и т.п.[1309]

Вскоре император приобрел право решать вопросы о войне и мире, а также издавать leges datae по вопросам устройства колоний, даровать отдельным лицам статус римского гражданина и даже толковать законы. Отсюда со временем образовалась законодательная власть императора и право высшего уголовного и гражданского суда[1310]. При императоре Домициане (81—96) за царской властью признали право диспензации – освобождения от действия того или иного закона. Римские юристы обосновали этот шаг тем, что всякий исходящий от императора акт частноправового или административного характера уже сам по себе включает диспензацию[1311].

Но этого мало: поскольку все полагали, что император выполняет особые поручения всего римского народа, его полномочия вообще утратили заранее установленные границы[1312]. Император получил право наложения Veto на все распоряжения магистратов, но сам не подлежал Veto сената[1313].

Во времена Веспасиана (69—79) сенат закрепил за царем статус источника законов: «Что бы ни счел император правильным, хотя бы и противно обычаю, ради величия государства и религиозных, человеческих, общественных и частных дел, он имеет право и власть это творить и совершать». Но при этом сохранились и старые сенатские формы законотворчества, что приводило к некоторой правовой неразберихе[1314].