Экономическая мысль Древней Греции. Курс лекций

Но особого внимания заслуживают советы Гесиода относительно обзаведения хозяйством. Он не говорит при этом о покупке земли, которая, очевидно, оставалась общинным достоянием и обычно получалась крестьянином по наследству, находилась вне торгового оборота. Зато на первый план Гесиод выдвигал сооружение дома, приобретение вола, различного инвентаря. Без этого немыслимо было крестьянское хозяйство даже в самых ограниченных масштабах. Первоосновы крестьянской экономики Гесиод делал темой специального рассмотрения, что было исключено для гомеровского эпоса с его аристократическими мотивами. Последний делал своей темой хозяйство родовой знати, начинавшей своё обогащение. Над Гесиодом довлеют другие проблемы и его «хозяйственный идеал» выглядит совсем иначе: это устойчивое и слаженное хозяйство мелкого крестьянина.

Но поразительным является то, что Гесиод покупку рабыни в качестве погонщицы волов считает совершенно правомерным делом и необходимым моментом организации крестьянского хозяйства. Это звучит диссонансом, не вяжется с общим строем его поэмы и её крестьянскими мотивами. После долгих жалоб на всякого рода социальные несправедливости и притеснения со стороны сильных «ястребов», автор вдруг признаёт допустимой эксплуатацию рабов, которая как раз и подрывала основы общинного строя, угрожала социальным позициям мелкого производителя. Такое противоречие в экономических взглядах Гесиода кажется трудно объяснимым. Ведь демократизм его воззрений очевиден. Характерно, что в Спарте Гесиода не признавали, между тем как его произведение получило широкое распространение среди крестьян и горожан в экономически развитых областях греческого мира. Даже буржуазные историки признают поэтические произведения Гесиода первым симптомом пробуждения массы 22).

Объяснение следует искать в противоречивости экономического положения самого крестьянства в Греции VIII–VII вв. до н. э. В своей массе оно, несомненно, страдало от рабства и роста крупного землевладения. Но из среды крестьянства выделялись зажиточные элементы, которые тоже тянулись к богатству и пытались использовать экономические возможности рабства для того, чтобы «выбиться в люди». Эти приобретательские тенденции зажиточного крестьянства были весьма распространёнными и не следует их идеализировать. Дуализм сельской общины проявлялся в том, что на общинной земле возникало частное хозяйство отдельных крестьян. На протяжении тысячелетий и в рамках разных формаций крестьянство служило исходным материалом для формирования разных классов и из его среды отчасти выходили рабовладельцы античности, феодалы средневековья, капиталисты буржуазной эпохи. Мелкие собственники всегда стремились быть крупными и части их удавалось стать эксплуататорами, в зависимости от определённых исторических условий, и прежде всего от развития того или иного способа производства, базирующегося на эксплуатации народных масс. В Греции VIII–VII веков начиналось формирование рабовладельческого способа производства, и зажиточные крестьяне тоже пытались «оседлать коня», использовать эксплуатацию рабов для своего обогащения, пробиться к экономическому благополучию за счёт других.