Божественный лик Византии

Константинопольский собор 1368 г., изучивший дело Прохора Кидониса, лишил его священнического сана и анафематствовал. Как указывают исследователи, брат Прохора Дмитрий Кидонис, месадзон императора, не разделил его судьбу только потому, что это могло скомпрометировать императора Иоанна V Палеолога[1216]. Кстати сказать, к тому времени уже перешедшего в католичество.

Интересно, что в период исихастских споров друга св. Григория Паламы, будущего Константинопольского патриарха Исидора низложили из епископов в 1344 г. по той причине, что якобы тот «не питал истинного доброжелательства к императорскому величеству и был приверженцем отступника и тирана».

Нет ничего невозможного для царя, и эта истина распространялась как на политическую, так и на религиозную сферу жизни Римской империи позднего образца. Как само собой разумеющееся, император Андроник II Палеолог (1282—1328) говорил, обращаясь к согражданам, что некогда императоры предоставили Церкви известные права, а взамен Церковь закрепила за Римскими царями право назначать по своему усмотрению патриархов[1217].

Еще в XI веке греческий историк давал следующее определение Вселенского Собора: «Соборы называются Вселенскими потому, что на них императорскими повелениями приглашались епископы всей Римской империи, и на каждом из них было обсуждение веры и голосование, то есть провозглашались догматические формулировки»[1218]. Но и в XV веке в византийских церковных кругах с искренним убеждением признавались особые полномочия императора в отношении Церкви, одним из которых было право назначать место проведения Вселенского Собора и председательствовать на нем[1219].

А император Андроник II без всякого сомнения принял к своему рассмотрению вопрос о времени празднования Пасхи и внес бы необходимые исправления, в которых его убеждали ученые, если бы не тяжелое внутреннее положение государства – он боялся негативной реакции своих подданных. Но и его нисколько не смущал сам факт обращения императора к вопросам церковной догматики и каноники. Равно, как и его окружающих[1220]. Считая для себя недопустимым отказ от участия в рассмотрении церковных дел, император св. Мануил II Палеолог (1371—1425) настаивал в 1396 г. на том, чтобы в состав патриаршего синода в обязательном порядке входили представители василевса при рассмотрении судебных дел[1221]. И его требование было, конечно, удовлетворено.