Князь Меттерних. Человек и политик

29 апреля австрийские войска выступили в поход против Сардинии, а тем самым и ее союзницы Франции. Случилось то, чего опасался экс-канцлер: Австрия не только ввязалась в войну, но и предстала в роли ее зачинщицы. 4 мая, по совету Меттерниха, Франц Иосиф заменил продемонстрировавшего полную несостоятельность Буоля графом Рехбергом.

Как ни поглощен князь текущими событиями, он продолжает размышлять и над глобальными и абстрактными проблемами. В письме Рихарду (5 мая) он отмечает, что главное зло эпохи — в «непонимании истинного смысла слов». Даже неполный перечень таких «недоразумений» достаточно красноречив: разделение властей, суверенитет народа, вечные принципы 1789 года, основные права, принцип невмешательства, «золотая середина», взаимное сдерживание властей, общественное мнение, национальность и т. д.[1262]

Восьмидесятишестилетие Меттерниха (15 мая) отмечалось в не очень праздничной атмосфере. В напряженной военно-политической ситуации князь тяжелее ощущал груз прожитых лет. «15 мая, — писал гостивший тогда на вилле Реннвег Хюбнер, — он (князь. — П. Р.) отмечал свой восемьдесят шестой день рождения. Он был за столом весел и разговорчив, однако неожиданно резкое изменение его внешности было мучительно воспринято нами»[1263]. Через десять дней, перед отъездом в Неаполь, барон Хюбнер провел с князем все утро, а на прощание услышал от него: «Я был твердыней порядка». Затем Меттерних еще несколько раз повторил эти слова.

Отвечая 20 мая на поздравительное письмо леди Уэстморленд, Меттерних фактически подводит итоги всей своей жизни, большая часть которой, целых 70 лет, совпала с социальной революцией, развязанной в 1789 г. Францией. Прошло 50 лет с тех пор, как он впервые был назначен министром, 65 лет — с момента его вступления на австрийскую службу. И теперь, полагал князь, продолжается смертельная борьба между принципами 1789 г. и вечным разумом. Поэтому и сегодняшнюю отвратительную ситуацию нельзя объяснять одним лишь появлением искусного жонглера (т. е. Наполеона III), который дурачит людей, используя их слабости. «Как видите, — заключает князь, — я вступаю в восемьдесят седьмой год моей жизни отнюдь не с легким сердцем»[1264].

21 мая состоялась последняя встреча Меттерниха с императором Францем Иосифом. Кайзер обратился к бывшему канцлеру с просьбой составить для него текст политического и частного завещания, в которых были бы наилучшим образом и на неоспоримой правовой основе обеспечены права малолетнего наследника и императрицы в случае гибели Франца Иосифа, намеревавшегося возглавить армию. «Казалось, еще раз, — писал Србик, — судьба Австрии в значительной мере отдавалась в руки старого политика»[1265].

Однако экс-канцлер не смог выполнить это последнее поручение императора. Буквально на глазах окружавших его жизненные силы стали покидать князя. Его уход из жизни совпал с поражениями австрийских войск на полях сражений в Италии. Австрийская армия была, как обычно, плохо подготовлена к военным действиям, полководческие дарования графа Дьюлаи вполне соответствовали дипломатическому искусству графа Буоля. 20 мая австрийцы были разбиты при Монтебелло, 30–31 — при Палестро, 4 июня — при Мадженте.