Электронная книга - «Ультралюбoff (СИ)». Краткое содержание книги:
— Уроды, блядь, вызывайте скорую, мужику плохо!
— Сядете сами, долбоёбы, если кончится, это ж чисто мокруха!
Послышался тяжёлый топот, и загремел замок.
— Заткнитесь, чмыри! Чё тут у вас?
— Блядь, Серго, кажись этот мужик точняк не нарик. Вроде на сердце похоже. — Надо мной появилось широкое розовое лицо в фуражке, от которого потянуло спиртным.
— «Вроде» ему, «не вроде»… — зло рыкнул второй мент.
— Да я точно тебе говорю, у меня тёща сердечница, так она во время приступа такая же синяя и губы такие же.
— Эй, мужик, точно у тебя сердце болит?
— Да чё вы бакланите, у вас в аптечке должен же быть корвалол, валидол или что-то там ещё, — снова подвязался хрипловатый голос моего сокамерника. — Ему нужно накапать капель двадцать-тридцать и дать выпить с водой.
— И врач тут нужен, глянь, Горыныч, какой он бледно-синий! — подвякнул Червивый.
Второй из ментов вскинулся на дыбы:
— Пасти закрыли, ещё вас не слушал. Сами разберёмся. Забились в угол и не отсвечивайте! — Затем решительно отпихнул мента, что стоял надо мной, и кивнул:
— Никитос, дуй звони в скорую, быстро, а не то точно кони двинет. Что мы тогда утром капитошке будем докладывать? Он же уроет, нахер ему трупяк в отделении?! Быстро звони, а я за аптечкой.
Послышался быстрый, удаляющийся топот. Или это меня подводит слух? Может, это мне в бреду кажется? Но нет, второй вернулся со стаканом и резко пахнущим лекарством, от запаха которого прояснилось в голове.
— Пей, мужик, щас скорая приедет. Тут рядом, мигом приедут. Ты только потерпи, не вздумай окочуриться! А вы, шмаль, сидите как мыши! — рыкнул он на остальных задержанных и крикнул напарнику: — Ну что там, Никитос, вызвал?
— Да вызвал, вызвал. Едут уже. Сказали, что быстро!..
Мне после корвалола несколько полегчало, и сознание прояснилось. Боль чуть притупилась.
Приехавшая фельдшер скорой оказалась маленькой сухонькой пожилой женщиной, но с железным характером. Она с порога клетки шикнула на всех, отогнав от меня. Только глянув и пощупав пульс, прошипела ментам:
— Ваше счастье, что вовремя нас вызвали, но в своём отчёте я зафиксирую, в каком состоянии вы пациента нам сдали.
Похлопала меня по руке своей сухонькой и тёплой ладошкой:
— Сейчас, парень, заберём тебя в больницу. Потерпи, всё будет хорошо.
— А мож не надо, того… этого… фиксировать? Нам его как нарика привезли. Откуда ж нам знать, что это сердце?
— И чему вас только учили в вашей ментовской школе?! Двоечники! Всё, оформляйте, как хотите, а я его забираю в больницу.
Она обратилась к медбрату:
— Андрей, давай носилки. А вы — поможете погрузить его в машину.
— Дык, неположе…
— Что?! Я сказала, взяли и понесли!
Меня погрузили на носилки, и медбрат с широколицым ментом, потряхивая, перенесли в карету скорой помощи. Перегрузили на каталку, захлопнули задние двери, фельдшер и медбрат разместились рядом со мной, и машина резво понесла нас в больницу. Суровая медработник дала мне нитроглицерина и аспирина. Лекарства немного помогли, и приступы пока не возвращались. Она всю дорогу держала меня за руку, поглядывала в окно и приговаривала:
— Всё будет хорошо. Мы успели вовремя. Что ж вы, молодые, себя так не бережёте-то? Бежите куда-то, ищете чего-то, а о здоровье своём не думаете. Потерпи, милок, тебе ещё жить и жить, потерпи.
По дороге мы пересчитали все колдобины, подпрыгивая. В машине из-за тряски мне снова поплохело. Наконец, остановились. Видимо, приехали: фельдшер перестала нервно смотреть в окно, резво подскочила и скомандовала перевезти меня на каталке в приёмное отделение, только быстрее. Медбрат с помощью водилы ловко спустил каталку со мной из кареты на землю и по пандусу ввёз в трёхэтажное здание районной больницы. Над дверью белым светила вывеска «Приёмный покой». Символично: прими меня, покой!
Каталку втолкнули в длинный белый коридор. Из мягкой темноты я попал в раздражающе-резкий яркий свет. Надо мной ритмично проплывали светильники дневного света. Каталка колёсиками стучала на кафельном полу, отдаваясь молоточками мне в голове. В приёмном покое меня уже ждала сопровождающая, которая передала меня с рук на руки дежурному врачу Антоше, как она его называла. Это был совсем молодой парень с хищным профилем и пронизывающим взглядом. Моя спасительница что-то быстро говорила молодому доктору, тот кивал. Меня ловко за плечи и за ноги перешвырнули на другую каталку, чувствую себя мешком с… кучей дерьма, Антоша велел двигать в реанимационную. Напоследок врачиха из «скорой» сжала мою руку и сказала, словно знала мою ситуацию:
— Живи, цепляйся за жизнь, забудь всё. Все проблемы уйдут, ты только выживи, поверь мне!
Через минуты две меня уже укладывали на высокую кровать с аппаратурой на столике в изголовье. Медсестричка — зрелая женщина в мешковатом белом медицинском костюме и смешном чепчике — стала меня раздевать, ловко прилепила на голое тело присоски: сделала ЭКГ. Взяла кровь на анализы. Антоша какой-то слушалкой водил у грудины, тихо спрашивал, где болит, что чувствую, когда всё произошло. Потом дежурный врач как-то удивительно оперативно для наших медиков получил результаты моих исследований. Просмотрев анализы и длинную ленту ЭКГ, он повернулся к медсестре и скомандовал:
— Дайте больному половину аспирина, семьдесят пять миллиграмм плавикса, стрептокиназу на полтора, нитроглицерин как обычно, и почасово гепаринчик системно, не меньше пятнадцати тысяч единиц. Поместите его в третью палату. Остаток ночи следим за состоянием.
Женщина без разговоров загремела дверцами шкафа, звякнула ампулами. Стала безжалостно тыкать в вену иглой. На её лице застыло выражение вечной усталости и между бровей залегли две глубокие морщинки, которые добавляли ей возраста.
От введённых лекарств мне стало заметно легче. Доктор Антон Какеготам, закончив перебирать мои анализы и увидев, что я оклемался от боли, решительно подошёл ко мне и, не дав раскрыть рта, строго сказал:
— Вроде приличный человек, а до такого состояния себя довели! Пить и курить все горазды, а вот кто про сердце будет думать? А оно ведь не резиновое! Вот и допрыгались. Когда последний раз ходили к кардиологу?
— Да я не ходил… Не беспокоило раньше…
— Нужно хотя бы раз в год показываться специалисту. Ну ничего, мы вас подлечим. Вовремя вас Мария Антоновна привезла.
Я переспросил:
— Мария Антоновна?
— Фельдшер со «скорой». Она специалист с большим опытом, сразу увидела, что вас надо к нам везти.
— Что со мной? — хрипло спросил я.
— Что-что, инфаркт, батенька, хорошо хоть лёгкая форма. Ещё немного, и вас бы повезли не в наше отделение, а в патологоанатомическое.
Я хмыкнул:
— Так я ж водитель, постоянно прохожу медкомиссию.
— Жить нужно правильно! Думать нужно о своём здоровье вовремя, а не когда уже может быть поздно.