А. С. Хомяков – мыслитель, поэт, публицист. Т. 1 [litres]

В новое время сложилось три основных типа метафизики: классическая, неклассическая и постнеклассическая. Первая наследует традициям Гильберта Порретанского, достигает максимального развития во второй схоластике у Ф. Суареса и находит продолжение у Г. Лейбница. В центре ее внимания проблема сущности и существования, ее главные вопросы: «Что есть?» и «Благодаря чему что-то есть?», она занимается понятием – это метафизика сущности. Вторая начинается у Дж. Беркли, Д. Юма и продолжается у И. Канта и И. Фихте. Это метафизика принципа, ее проблематика – существование и сущность, заключенная в вопросе: «Что и как есть предел сущности?» Она занимается априорным вообще. Третья берет начало у Ф. Шеллинга, продолжается у Ф. Ницше и находит новый источник в мышлении М. Хайдеггера, который приступает к синтезу всех поименованных типов. Ее главный вопрос: «Почему во времени есть нечто, а не ничто?»; ее проблематика – существование, предшествующее сущности; ее предмет – основание принципа. Это метафизика основания.

Теология Хомякова строится как такой тип онто-тео-логики, который (в категориях православной апологетики) пытается сопротивляться всем трем описанным выше моделям и в поисках собственного основания попадает в тональность каждому из них, в конце концов оставаясь наедине с собой.

Основой и опорой теологии Хомякова являются две традиционные темы – церковь и вера. Рассмотрим, как осуществляется их продумывание в работе «Церковь одна»[876] и в письме «По поводу послания архиепископа парижского»[877].

Церковь есть, во-первых, «единство Божественной благодати, живущей во множестве разумных творений, покорных благодати». Причем «единство» как «есть» церкви характеризуется как «совершенное общение» и «истинное и безусловное». Во-вторых, сущность церкви состоит в «согласии и единстве духа и жизни всех ее членов», где согласие есть «совершенное общение». В-третьих, в лучших традициях реализма, церковь «называется» (4) и в своем понятии существует как то, что «есть» (и, словами Шеллинга, именно потому, как «существующее не нуждается ни в каких доказательствах существования»[878]) единая, святая, соборная, апостольская. Последняя тетрада имеет тот же статус, что и в традициях метафизики сущности понятия res et aliqvid у Суареса: это синонимы сущего, которое Хомяковым понимается как церковь. Тогда есть возможность утверждать, что вся конструкция определения сущего=церкви основывается на аргументации этого сущего как «истинного и безусловного». Возникает естественный для всякого типа метафизики, где «дело мышления есть тождественное (das Selbe)»[879], вопрос – в чем состоит и на чем основывается безусловность=безосновность единства, что есть церковь как само сущее в многообразии ее определений? Для Хомякова-теолога ответ на этот вопрос не составляет труда.