Письма с Первой мировой (1914–1917)
- Автор: Краузе Фридрих Оскарович, Краузе Оскар Фридрихович
- Год: 2017
- Язык: русский
- Год: Нестор-История
- ISBN: 978-5-4469-0168-5
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Письма с Первой мировой (1914–1917)». Краткое содержание книги:
А тут теперь нет ни одной деревни без реккуренса. О населении нам и думать не приходится. Оно беспомощно.
Пиши, Шурочка. Что-то нет писем! А когда Иринкины именины?
15.
С[лободзиа]-К[орни], 17-го февраля 1917 г.
Шурочка, опять нет писем! Который уже день! Я хочу, чтобы были письма. А на улице метель. Намело уйму снега. Какая поздняя в этом году зима. А в городах нет дров… Как ты там справляешься? Получила ли посланную мною доверенность? Вообще имеешь ли хоть ты весточки от меня? Или мы оба сидим без писем? Как всё это досадно и обидно.
А я сейчас мало могу сосредоточиться. Всё возня с лазаретом. Теперь у меня 12 больных. Есть тяжелый пнеймоник. Как бы не помер. А экзантематики как будто начинают поправляться. И тяжелая же это болезнь! Не приведи Господь. И все-таки интересно. <…>
Читаю «Одиночество» Лозина-Лозинского[416] с большим интересом. Оригинальный он человек. Непременно хочу читать потом еще раз с тобой. Жаль только, что книга так скверно издана.
Кланяйся от меня Иринке-Пузырке. Пускай будет умницей, не плачет по ночам и даст мамочке поспать. А мамочке сейчас ведь и так тяжело с кормлением. Ну, как ты замечаешь, Шурочка, верно, что кормление отнимает больше сил, чем беременность?
Славные вы, мои хорошие.
Целую вас крепко, крепко.
16.
С[лободзиа]-К[орни], 19-го февраля 1917 г.
И вчера не было от тебя писем. Вместо этого весь день и ночь выл ветер и кружилась снежная метель. Я возился со своими больными, а вечером читал Лозина-Лозинского, этого оригинального шатуна по свету. Сегодня же, наконец, получил три письма от тебя, моя милая, славная, хорошая Шурочка! Третье, пятое и шестое письмо, последнее от 2/II.
Хорошо ты пишешь. Так просто, так сердечно, так искренне. Ты меня просишь писать тебе о себе побольше и обо всем. Обещаешь не отпугивать меня бурной реакцией. Разве об этом может быть речь? Конечно, я тебе и впредь буду писать обо всем, и ничего не скрывая.
Тебя, конечно, интересует, каковы наши отношения с Екат. Конст.? Они вошли в нормальное русло. За месяц моего отпуска она много передумала, пережила. Я ее застал еще мятущуюся, не нашедшую твердой почвы под ногами. Она меня встретила даже враждебно, как чужого. Но первая же эта встреча закончилась горячими ее слезами, а после этой бури наступило успокоение. Я думал, что нескоро мне придется с ней увидеться вновь, так как она оставалась в интендантстве. Но вот и меня откомандировали в этот район, и нам пока приходится встречаться довольно часто. Я от них живу в двух верстах.
Она была уже несколько раз у меня. Я ей помогал в первых уроках французского языка, которым она занялась пока с увлечением. В марте она собирается поехать в отпуск, не знает еще твердо, вернется ли. Характер наших отношений очень простой, непринужденный, хороший, товарищеский, – и больше ничего. И таким, несомненно, теперь и останется. Мое влияние на нее, конечно, не совсем маленькое. Ведь нет уголка ее души, мне незнакомого или непонятного. Но от этого влияния проиграть она конечно не может. И она это знает и ценит. Она от меня решительно ничего не скрывает. <…>
Вот видишь, обо всем я тебе пишу, и иначе и быть не может. Ведь Шурочка у меня одна!
Вот в последнем письме я тебя спрашивал, не устаешь ли ты от кормления. А сегодня читаю подтверждение этому опасению. Не придется ли, Шурочка, все-таки позаботиться о приискании подходящей няньки? Боюсь, что ты слишком измочалишься. Достаточно, если ты будешь кормить, но весь без исключения уход не должен все-таки лежать на одной только тебе. <…>
Целую своих милых.
17.
С[лободзиа]-К[орни], 20-го февраля 1917 г.
Шурочка милая. Пишу немного и быстро. Устал. Ездил и ездил, ругался. Всё по поводу развивающейся у нас эпидемии recurrens‘a и exanthematicus’a (возвратного и сыпного тифа. – Сост.). Заставляю мыть людей в банях, пропускать их вещи через дезинсектор, чистить помещения и т. д., и т. д. С командирами частей приходится ругаться. Публика они здесь в тылу косная – старички допотопные.
Получил от тебя два письма, 9-е и 10-е, а 7-го и 8-го нет. Получил также и письмо от матери. <…> Ты получила только два моих письма, причем я не разберу, какие именно. Как плачевно работает почта! Прямо горе.
416
Лозина-Лозинский А. К Одиночество. Капри и Неаполь (Случайные записи шатуна по свету). Пг., 1916.