Электронная книга - «Время — деньги (СИ)». Краткое содержание книги:
— Да, я велел конюшим его почистить… Сэр, а если появление этого двойника — какой-то хитроумный план Ричарда?
— Что может придумать этот трус? Не бойся, всё будет отлично! Пошли!
Я, ни жив, ни мёртв, втиснулся между стеной и постаментом, сливаясь своей белой одеждой с мраморной фигурой полководца. Двое человек вышли из комнаты прямо в коридор. Один из них — управляющий Джеффри! Второй — мой блистательный любовник. Но он был облачён в верхнее платье. На жюпоне поверх доспехов… бычья морда и корона со стрелами! Они абсолютно не обратили внимания на дрожащее существо за статуей и, освещая себе факелом путь, поспешно удалились по коридору.
Вот это я вляпался! Мало того, что я переспал с вероломным предателем, сейчас они решили из-за меня убить настоящего короля, которого они похитили, вероятно, ради выкупа. Чёрт! Надо спасать Ричарда! Только как это сделать? Надо ехать в Бери-Сент-Эдменс, там они его держат. Надо успеть до того, как некий Уильям прискачет с повелением от этого коварного соблазнителя трусливых двойников короля. Сначала нужно одеться нормально.
В минуты «пограничных ситуаций», как бы сказал Марсель⁴, у всех людей выявляются некие скрытые ресурсы. Вот и у меня. Подгоняемый страхом, холодом и ненавистью (конечно же, к этому самодовольному красавцу-любовнику), я пробрался в комнату Джеффри, нашёл тяжёлую связку ключей и, скорее, интуицией, нежели на память, обнаружил «одёжную комнату». Уже третий ключ открыл дверь, и я заметался по комнате, выискивая свою вчерашнюю одежду. Сообразил, что могут понадобиться деньги или ценности какие-нибудь, чтобы нанять карету или купить лошадь… В коробках на столе были какие-то ленты, льняные лоскутки, перья с заколками, в шкатулке цепи с медальонами, а ещё в одной шкатулке… золотые и серебряные монеты. Может, тут и мои нобли? Считаю и складываю в мешочек золотые монеты с корабликом, их девятнадцать. Но, наверное, нужно взять и серебряные, что это — гроуты или пенсы? Они чуть меньше золотых. Их больше — сорок три. Вытаскиваю из коробки лоскут, вываливаю серебро и завязываю в узел. Теперь нужно выскользнуть из замка. Подозреваю, что это будет нелегко.
Теперь бегу по коридорам в сапогах, а это гораздо громче. Еле нашёл лестницу вниз, на первый этаж. Вовремя спрятался от Джеффри, который, видимо, успел проводить предателя и даже выпить пару пинт вина. Совесть топил? Малодушный управляющий! На первом этаже темно, почти все комнаты открыты, но где же выйти? Через центральный вход нельзя, там караульные, у них возникнут вопросы. Может, рискнуть и выпрыгнуть из окна? В тёмной зале рядом со столовой я нашёл такое «удобное» окошко. Подтащил резной тяжёлый стул, взобрался и брякнул крючком-защёлкой. Рама со скрежетом распахнулась, я улёгся животом, выглядывая в туманную осень, земля недалеко, спрыгну. Но только я закинул ногу, как чья-то сильная ручища схватила меня за колено другой ноги и потянула обратно в комнату прямо на пол.
— Ах ты, ворюга! — затрубил надо мной голос. Блин, сейчас всех перебудит и не уйти… Фигура склонилась надо мной, и я понял, что это Джон Вудсток. Тот, как только узрел мой венценосный лик, переменился в лице и запричитал: — Мой сир, мой сир… простите, я не ожидал… мой сир!
— Тс-с-с! — я прижал палец к губам и подумал, что Вудсток как нельзя кстати. — Нужно послужить короне! Твой король в опасности!
— Кто??? Да я всё сделаю! Да я за вас, мой сир! — опять громогласно затрубил вояка.
— Тс-с-с! Тихо! Ты знаешь, где находится Бери-Сент-Эдменс?
— Хм… Это аббатство? По-моему, это в Саффолке. Недалеко от Ипсвича.
— Нам надо туда, срочно! Сколько это пути?
— Миль семьдесят… А что там?
— Там готовится страшное убийство, если мы не успеем… Джон, а ты знаешь, у кого на гербе бычья голова и корона со стрелами?
— Так их герб и есть? — Вудсток стал приглядываться ко мне, видимо подозревая меня в сонамбулизме.
— Говори, чей «их»?
— Саффолков. Ваш друг Пол Саффолк всегда при гербе. Разве вы не помните?
— А Пол Саффолк сейчас в Виндзоре?
— Я не видел, чтобы он приезжал…
— Джон, поедешь со мной! Мы направляемся в графство Саффолк, прямо сейчас. И ещё! Сделай так, чтобы никто не знал, что я еду с тобой. Я выпрыгну из этого окна, а ты туда подведи коней! И ещё! Меч не забудь! — последнее я зря сказал, так как Вудсток подозрительно покосился на меня, ещё немного — и он подкрутит мне у виска. Но верный рыцарь без обсуждений побежал исполнять.
Нас спокойно пропустили сквозь ворота. Стражник только угрюмо крикнул:
— Сэр, дождь собирается! — Джон равнодушно махнул рукой, и нас пропустили. Капюшон плаща, закрывающий пол-лица, не выдал меня сонным простолюдинам. И мы помчались по туманной дрёме исхода ночи.
Как долго выдержу я такой галоп каурой лошадки подо мной? Все мысли только о том, как бы не свалиться, как бы выдержать эту скачку. Вудстоку, несущемуся впереди, привычно — можно сказать, что он в седле родился. А я, видимо, в седле умру. Несколько раз обеспокоенный Джон останавливался, подъезжал ко мне и интересовался, не болен ли «его король». Всякий раз приходилось его уговаривать продолжать путь. Примерно через два часа скачки начало светать, плотная пелена тумана стала более белой и густой. Тёмные деревья и угрюмые камни, как странники, неожиданно вырастали из неё по обеим сторонам дороги. Туман припадал к земле в живописных долинах, сгущался в лесках, двигался клубами над речушками и ручьями. Наверное, красиво и познавательно. Но мне не до пейзажей… Как болела задница, ныли икры и бёдра, по спине щекотно и липко тёк пот, даже челюсти, сжатые от усердия, ломило! Иногда в голове темнело и кружилось, и только упрямство и уязвлённое самолюбие заставляли двигаться дальше. Уже когда совсем рассвело, мы останавливались в какой-то деревушке. Мой верный провожатый приволок крынку молока и шматок хлеба. Сам не ел, созерцал с восхищением, как давлюсь я. Но даже сейчас он не посмел выспросить меня, куда и зачем мы мчимся. Безоговорочная преданность. Потом он буквально закинул меня опять в седло, в это иудино кресло. И мы ехали ещё часа три, не меньше! И теперь я знаю, что такое ад. Это часов семь в седле по прекрасным видам туманного Альбиона…
Когда мы въехали в Бери-Сент-Эдемс, там «кипела жизнь», по меркам захолустного городишки при монастыре. На тесной улице сидели два пьянчуги. Джон не без помощи кулаков узнал у них, где дом кузнеца Юла. Те с радостью показали несуразный каменный дом с широким двором наружу. Джон не сильно церемонился, вломился внутрь — и на пороге нас встретил полуголый громила, один глаз которого провалился, а веки судорожно цеплялись, прикрывая эту бездну. В руках у него был молот, в печи трещал и гудел огонь, меха покачивались по инерции, рядом с ними стоял крепкий усатый мужик, он с любопытством разглядывал и нас, и своего мастера. В доме было ужасно душно, пахло гарью и чем-то ядовитым. Мне и так было херово, стало ещё хуже: теперь не только болели мышцы ног и спины, но и стучало в висках молоточками мозговых ремесленников.
— Кто такие? Чего нужно? Подковать? Или слатать? — забасил угрожающе одноглазый Юл.
— Ты, подлый червь, как с господами разговариваешь? — тут же вспылил Вудсток и схватился за оружие.
— А господа сюда не захаживают, господа живут во Франлингхеме или в Орфорде⁵! А кто захаживает со своими господскими речами, того мы приваживаем молоточком по лендлордовской макушке! — ничуть не испугался великан-кузнец.
— Стоять! — крикнул я, разводя руками их в стороны, ещё не хватало, чтобы этот кузнец молотом своим стал размахивать по нашим макушкам. — Джон, я сам поговорю! Уважаемый! У нас к вам дело. Ваш лорд, молодой граф Пол Саффолк втянул вас в опасное предприятие. Мы точно знаем, что вы прячете молодого человека благородной крови. Самой благородной!
— Этот благородный ещё бы вёл себя достойно! — тут же выдал себя громила. А Вудсток нахмурился и опять схватился за рукоять меча.