Электронная книга - «Время — деньги (СИ)». Краткое содержание книги:
— …не понимаю, мы не могли ошибиться! Да и кто тогда у Одноглазого Юла заперт?
— Не знаю, кто там у вас заперт, но здесь Ричард. Он мылся вчера! Представляешь? Морщился от вина! Рассматривал книги эти бесовские! Читать умеет, значит! Это он!
— И что нам делать сейчас? Как господину сказать, даже не знаю! Рассвирепеет!
— А он того, с дороги, видел?
— Конечно! Он же сам там был! Видел, как мы королёныша связывали… Он уже герцогу доложил, что дело сделано!
— Пусть приезжает сюда и сам разбирается, кто из них король…
— Проклятье! Не могу понять, как так получилось? Надо ехать прямо сейчас, пока господин в гневе или сдуру не кончит того, что заперт…
— Как там похищенный? Вопит?
— Нет. Даже странно… Может, действительно не он. Двойник его?
— А вспомни восстание черни во главе с кровельщиком Тайлером и монашком Боллом! Помнишь, как король-мальчишка сам на переговоры пошёл в Смитфильде? Он может, когда захочет, не быть капризным и нежным, не вести себя как женщина. Поторопись! Передай господину, что я жду его указаний, но Джон Вудсток может помешать нашему делу… — голоса удалялись, видимо заговорщики вышли из комнаты через другой выход.
Чёрт! Вляпался я в какую-то интригу с кровопролитием! Надо делать отсюда ноги! Хотя Ричарда II жаль.
Блядь! Меня тоже жаль! Ибо на двери комнаты для королевских омовений висит запор. Где искать Ханну? Как вернуть деньги? А может, я просто не назвал число? Может, деньги уже «работают»? А я как лох не называю год? Ну-ка:
— Две тысячи… — я запнулся и нерешительно дальше: — четырнадцать!
И ничего: никакого тикания в башке, никакого падения в толщу времени. Я даже ещё раз сказал это, но тут же услышал ответ:
— Сир! Вы что-то считаете? — передо мной материализовался вчерашний толстенький человечек — видимо, управляющий хозяйства.
— Тараканов! — разозлился я. — Развели тут! СЭС на вас нет! А где Ханна?
— Ханна в деревню ушла, к дочери своей убогой. Вечером будет. Она же не спрашивает у Джеффри, когда можно идти, когда нельзя, Джеффри как бы никто! — обиженный на самовольство старухи, разглагольствовал толстяк. Значит, он — Джеффри. Пришлось пойти обратно в комнату, облачаться в «нормальное» королевское платье и отправляться в залу, где был накрыт завтрак. Там меня ждал сюрприз. За длинным столом сидела бледная девушка. Тяжёлый узел волос покрыт золотистой сеткой. Одета в богатую, отороченную мехом накидку. Под глазами серые круги, черты лица какие-то кукольные. Увидев меня, она прищурилась, как будто была близорука, и тихо произнесла:
— Будь благославен, мой венценосный муж. Прости великодушно, что не встретила тебя с утомительного похода. Как успехи? Сколько объехал земель?
Блин, как я должен себя вести? Что принято в этом доме? Как король обращается с женой? И вообще, как Ричард относился к ней? Вчера её вроде Анной назвали… Импровизирую:
— Как твоё здоровье, дорогая Анна? — подхожу, беру её вялую руку и целую. Как-то так джентльмены поступают, на мой взгляд. Но у меня получается пошло, что-то типа «хай, дарлинг». Девушка удивлённо открыла рот, но руку не вырвала.
— Мне доложили, что на твою карету напали, перебили свиту, ты потерял своего друга Роба?
— Да, неприятная история, — я отправился за другой конец стола. — Еле сам жив остался!
— Это правда, что ты защищался сам? Вудсток тебя застал с мечом.
— Э-э-э… Случайно получилось. Ты же знаешь…
— Знаю! — перебила она меня. — И я рада, что ты смог защититься и отстоять жизнь! И сейчас все злые языки пусть умолкнут: король Англии — настоящий рыцарь, достойный славы Вильгельма Завоевателя и вашего предка Эдуарда III. Я думаю, что тебя пытались убить люди твоего дядюшки, герцога Ланкастерского. Он хочет лишить тебя власти! Ты должен быть осторожен. А лучше поедем со мной в Лидс. Оттуда легче наблюдать за интригами хозяина Савойского дворца. Я тебе уже говорила, мне кажется, что в этом доме рядом с тобой живёт враг. Поедем в Лидс!
Очевидно, что Анна поддерживала мужа, переживала за него. Особой любви я что-то не заметил в её словах, но обеспокоенность была.
— Я подумаю, — ответил я царственно, принимаясь вылавливать горох из тарелки. — Эй! Подайте просто воды, это пойло уберите!
— Если ты останешься здесь, то прошу тебя, не смущай подданных, не давай повода для пересудов. Я не хочу, чтобы люди Гонта везде рассказывали, что король подобен женщине. Обещай мне!
— Обещаю! — чего мне стоит пообещать?
— Ты очень странный сегодня. На себя не похож.
Анна уехала сразу после завтрака. Я наблюдал за сборами из окна. Достойная женщина. Молчаливая и неглупая. И замужем за таким придурком, как я…
За день, проведённый в Виндзоре, я понял, что жизнь короля очень скучна: ни друзей, ни кинушек, ни книг нормальных. Да и по окрестностям так просто не пошляешься. Вот и придумывают они от нечего делать войны, интриги, публичные казни, дворцовые охоты. Ещё я понял, что Ричард не совсем король. Его дядя — герцог Ланкастерский, Джон Гонт — заправляет всем в государстве, несмотря на то, что король уже совершеннолетний. Ричарда ограждают от парламентского влияния, не информируют о делах столетней войны, скрывают от назойливых папских легатов и испанских послов. В Ричарде культивируют страсть к развлечениям и причудам, чтобы он не отвлекался от своих фаворитов на политику. Да-да, у меня есть фавориты. А не фаворитки. Подозреваю, что тот полуодетый парень, убитый в карете, был одним из них.
Из вредности и от скуки я потребовал предъявить мне те неотложные дела, которые следовало бы королю знать. Выяснилось, что в Йоркшире объявился некий лжемессия, вещавший о конце света, за ним ходили толпы боящихся чумы. Папа прислал буллу с протестом на уменьшение суммы десятины и требованием уничтожить труды ненавистного ему Уильяма Оккама. Союз Пяти Портов отказался оказывать помощь королю в военных действиях в Аквитании. Парламент заинтересовался моим денежным займом у Николаса Брембра, бывшего градоначальника Лондона. Хм… Какое дело парламенту до того, у кого я занимаю деньги? Не Гонт ли стоит за этой обеспокоенностью? Опасается, что король сможет самостоятельно содержать войско?
Короче, я надиктовал язвительный ответ парламенту, ехидный — Папе, злобный — Саймону Берли, вице-камергеру и хранителю Пяти портов. Последнему вообще пообещал скорый арест за «мельчайший писк неповиновения». По поводу лжемессии повелел взять это дело в руки Йоркскому архиепископу, не привлекая к делу сил шерифа или королевских лучников. Я — деятельный правитель.
После позднего невкусного обеда рассматривал книги в королевской библиотеке. Офигеть! Прижизненные публикации Данте, рукописи Виклифа, трактаты Оккама, сонеты Петрарки, поэма «Книга герцогини» Чосера! И ведь это не печатные издания! Я богач! Полистал и пыльные томы Священного писания и Священного предания. Нашёл какие-то странные сочинения с хитроумными рисунками, алхимики, что ли? Попытался читать, но нет… для меня абсолютно китайская грамота.
Вечером справился о Ханне. Управляющий Джеффри, к моему ужасу, сообщил, что старуху убили.
— Как? — я в шоке.
— Она и до дома не дошла. Перерезали Ханне горло. Не переживайте, мой сир, ей уже пора было помирать, ведь пережила и деда вашего, и отца, и вас вот баловала. Зажилась…
— Убийцу найти! — прохрипел я. — А куда она дела мои вещи?
— В одёжной комнате сложила, должно быть! — весело ответил Джеффри. И я повелел вести себя в эту комнату. Там на деревянных крестовинах висели камзолы с драгоценными пуговицами, на рее болтались шёлковые туники-далматики различных расцветок, в одной корзине валялись штаны, во второй перчатки, в третьей явно исподнее — кальцоны и панталоны; на почётном месте в центре комнаты на гипсовой безглазой статуе, видимо, церемониальное облачение — подбитый горностаем красный плащ — мантия. На крюках висели и дорожные плащи. Я узнал свой вчерашний — фиолетовый. У стены длинный стол, на котором составлены коробки, коробочки и шкатулки. И тут я увидел мешочек с кожаными ремешками. Тот самый. Но пустой! Чёрт! А вдруг Ханна забрала нобли, а её ограбили! Где я найду теперь эти волшебные золотые? Неужели мне придётся остаться здесь навсегда? Это очень опасно, вообще не понимаю, как меня всё ещё не вычислили. Надо искать нобли.