Электронная книга - «31.10 (СИ)». Краткое содержание книги:
Господи, это же так глупо, как будто они – двое влюбленных подростков – смущаются, ищут общие интересы и темы для разговоров, «случайно» касаются друг друга и все время мечтают о поцелуе. Джону и смешно, и больно – Шерлок снова до невозможности мил, и эта его «покладистость» заставляет Ватсона желать большего – она душит его этим желанием. Но он понимает, что это правильно – Холмс должен научиться. Как вести себя со влюбленным человеком, как делать ответные шаги, как доверять кому-то. И понемногу у него получается. Они больше касаются друг друга, больше разговаривают или молчат в абсолютно комфортной, умиротворенной тишине, границы личного пространства быстро стираются, а их дружба трансформируется в нечто иное.
Первой изменения замечает миссис Хадсон – женщины всегда более чувствительны к подобному, наблюдательны и догадливы. Она теперь улыбается тепло и искренне, ворчит только в шутку, а про свое больное бедро благополучно забывает. Она ничего не говорит, но Джон однажды замечает лукавый, совершенно однозначный взгляд, направленный в их сторону, и понимает, что Марта Хадсон только что поздравила себя – все ее догадки оказались верны, и вторая спальня им не понадобится. Она понадобится! Они – все еще влюбленные подростки после «первого свидания» – не так быстро! Джону и смешно, и страшно, и когда он говорит об интуиции их домовладелицы Шерлоку, тот только фыркает и сетует на то, что она унесла его любимый череп с каминной полки. Ватсон ворчит в ответ и не собирается заменять ему череп, для чего бы тот ни бы ему нужен, а Шерлок вдруг притягивает его к себе в полуобъятие и прикасается губами к макушке. А потом возвращается на диван как ни в чем ни бывало и закрывается от чужого взгляда книгой. Джон старается не краснеть, но улыбается и ретируется на кухню готовить ужин. Ему все это до ужаса нравится.
Незадолго до Сочельника Ватсон заводит разговор о вечеринке и подарках, чтобы не получилось, как в прошлом году – милая Молли, патологоанатом из Бартса, что помогает Шерлоку в лаборатории, была жутко смущена поведением Холмса. Они, вообще-то, все были сконфужены, и когда Джон об этом упоминает, Шерлок предсказуемо закатывает глаза.
– Дело не в ней.
– Дело в проявлении внимания к понравившемуся человеку, – кивает Ватсон. – В желании доставить ему удовольствие.
– Для этого нужен повод? – Холмс снова фыркает на эти глупые, по его мнению, условности.
– Иногда, – снова соглашается Джон, а Шерлок уже просто захлебывается сарказмом.
– Да, да, белое платье, секс по праздникам, разнополые дети и домик в пригороде. Скука.
– Это – не предел чужих мечтаний, – Ватсон не обижается, но снова досадует – Холмс же только это видит – условности, и не понимает, что те от этого не менее приятны.
Джон поднимается с дивана, где они, вроде как, смотрели телевизор и почти не соприкасались локтями и коленями, и собирается уйти к себе, когда Шерлок уже в открытую глумится.
– С другой стороны – развод, дележка имущества, суицид, алкоголизм или не банальное убийство любовницы. Уже интереснее.
И вот это Джон не знает, как парировать – Шерлоку не доказать, что все те «условности» могут и не закончиться так – он слишком часто видел показательные примеры. Джон может только вздохнуть, остановившись у лестницы и сдаться.
– Если тебе претит идея с подарками, так и скажи, – а под нос добавляет. – Гринч.
Холмс тут же поднимается на ноги, в два широких шага догоняет Джона и крепко обнимает со спины, прижимая к себе рукой под ключицами.
– Не хочу секса только по праздникам, – произносит он в чужой затылок, и Джон тут же вздрагивает. От ощутимого тепла, что обволакивает спину, от приятного давления руки и от недовольства, что звучит в голосе. Он немного мешкает, дезориентированный поступком Шерлока, но все же решается.
– Тебе не нужно просить, если ты хочешь… – негромко, но твердо говорит он. – Но мы, кажется, решили не торопиться… И тебе нужно… привыкнуть.
– Я привык. И решал – ты, – быстро говорит Холмс, но все-таки признает правоту Джона. – Хотя и не скажу, что это неправильно, но слишком медленно.
Ватсон разворачивается к нему, а Шерлок перехватывает его ладонь и тащит к своей спальне, избегая взгляда.
– Хочешь сказать, что только я – влюбленная школьница? – Джон смеется, чувствуя, как сердце сбивается с ритма и тут же наращивает темп.
– Именно, – усмехается Холмс, переплетая их пальцы.
– Раз так, то подарок я точно куплю, – обещает Джон, а потом его втягивают в поцелуй и на следующие несколько часов он забывает об этом обещании.
Но вспоминает позже – снова разглядывая чужие стены. На этот раз – в густых фиолетовых сумерках и отблесках фонарей с улицы. Джон действительно хочет сделать ему подарок. Хочет любить его, заботиться и узнать еще лучше. Как не знает никто. Узнать его с другой стороны. Расспросить его обо всех этих огоньках, тьме и полтергейстах, выяснить, откуда они берутся, опасны или нет. Он должен знать, что это за тени блуждают в слабых цветных отблесках по стенам. Чьи это силуэты, чего они хотят, как забрались за окно на второй этаж…
Джону немного боязно по привычке и любопытно – тени бродят неспешно, заглядывают в стекло, колеблются, как будто хотят привлечь внимание. Как будто сердятся, или радуются, или пытаются что-то сказать. Да, без подсказки Шерлока Джон не разберется, поэтому он решает расспросить его об этом утром. За чашкой кофе и стопкой блинчиков с медом, пожертвованных добродушной миссис Хадсон.
– Не забивай себе голову, – Холмс отмахивается от вопроса, как от назойливой мухи, а вот Джон считает это важным. – Их – толпы в этом мире, просто ты теперь можешь их видеть потому что находишься рядом со мной.
– Это я уже понял, Шерлок, – Ватсон качает головой. – Я спрашиваю о том, могут ли они быть опасными?
– Никто тебя не тронет, – Холмс пренебрежительно фыркает, а Джон слышит в словах обещание и улыбается.
– Чудно. А то я уж было подумал, что мне придется снова навестить тату-мастера…
Он едва успевает договорить, как Шерлока поднимает со стула – он хватает Джона за плечи, выдергивая из-за стола, и силой прижимает к раковине.
– Никогда! Слышишь? Никогда не смей больше от меня прятаться!
Его глаза полыхают красным на миг, лицо перекашивает, кудри шевелятся, как будто под ветром, а пальцы, Джон чувствует сквозь футболку, ледяные. Ватсона ото всего этого тут же бросает в дрожь.
– Хорошо. Хорошо, Шерлок, успокойся, – медленно проговаривает он, не пытаясь вырваться. – Я пообещаю тебе это, если ты перестанешь оставлять на мне синяки.
Холмса как будто выключают – как будто только сейчас он осознает, что делает и говорит. Как будто на миг его сверхъестественная сторона взяла верх над человеческой. Он удивленно моргает, открывает рот, чтобы что-то сказать, но осекается и опускает руки.
– Шерлок? – зовет Джон, а тот возвращается на свое место и утыкается взглядом в столешницу.
– Извини, – с трудом сглотнув, бурчит тот, и Ватсон торопливо приближается и запускает руку в чужие волосы.
– Если мне нечего бояться, то и прятаться будет не нужно, ведь так? – он помогает им обоим справиться с этой вспышкой. – Ты ведь понимаешь, что все это от того, что я могу чего-то не знать?
– Естественно, – Шерлок быстро возвращается к привычному сарказму, уходит от прикосновения, мотнув головой, и кажется, предпочитает обидеться. – Просто кое-кто вообще не думает, прежде чем действовать.
– Люди – идиоты, ты уже говорил, – отвечает Ватсон и сам чувствует отчуждение – как его понимать, если он ничего толком не объясняет? Для дедуктивных способностей Ватсона этих крох слишком мало.