«Священные войны» Византии [publisher: SelfPub]

Не теряя времени, Абу Бекр направил весной 633 г. военачальника Халида, прозванного «Мечом Божьим», на персидские земли, и тот имел очевидный успех[752]. Ничего удивительного в этом нет, поскольку в Персидской державе царила политическая анархия. После смерти царицы Борандохт на престол тут же была посажена вторая женщина в истории Персии – другая дочь Хосрова Азармдохт (631), но чуть ли не в каждой провинции местные аристократы объявляли «своего» царя. Наконец, 16 июня 632 г. царем Персии был объявлен Йезидегерд III (632—651), но того не признали Ассирия, Восточная Персия и Антропотена. Как следствие, у нового правителя дела также шли не лучшим образом[753].

Персы, первоначально принявшие арабов за слабых соперников, были несколько раз тяжело побеждены ими. Но все же силы Халида были слишком малы для решительной победы, и лишь с приходом к нему на помощь Аль-Масанна арабы смогли выставить 18 тысяч конных воинов. В ключевом сражении, случившемся 21 января 634 г. на восточном берегу Евфрата, мусульмане победили персов, сражавшихся отчаянно, хотя победа и стоила им больших жертв[754]. Эта битва, получившая название Затус-Саласил («цепная битва») из-за того, что персы сами соединились цепями, чтобы не бежать с поля битвы, предопределила стратегический перевес измаилитов. Погиб и командующий персидской армией Хурмазан, а арабам достались богатые трофеи.

Тогда против мусульман была направлена еще одна персидская армия в количестве 30 тысяч воинов под командованием Карина. Но и она была разгромлена мусульманами, а Карин вместе с основными командирами погиб. Вслед за тем арабы разгромили еще два персидских войска у Кескера, а попутно и арабов-христиан, решивших прийти на помощь своим союзникам. Лишь у Фарада, где остатки персидских армий объединились с римлянами, мусульманам было нанесено поражение, и Халид вернулся в Хиру, чтобы быть назначенным главнокомандующим войсками в Сирии, где ожидались новые события[755].

Поскольку арабы подошли к границам Империи, их конфликт с римлянами стал уже неизбежен. Нельзя сказать, что император Ираклий недооценивал врагов, но и, очевидно, он ошибочно считал, что в сравнении с персами те выглядели гораздо слабее. Поражения Сасанидов он относил к недостаткам персидской армии, которую подрубили дворцовые перевороты и политическая анархия. Кроме того, над ним довлели и некоторые объективные обстоятельства. Разгром Персии невероятно дорого стоил римской казне, и даже захваченная добыча не в полной мере смогла компенсировать ее расходы на войну. Тем более что большую часть добычи император вернул Церкви согласно данному им слову. В силу необходимости он постарался схитрить и под различными предлогами оттянуть сроки выплаты арабским племенам обычного вознаграждения за пограничную службу.