Электронная книга - «Вакцина от прошлого (СИ)». Краткое содержание книги:
Я проснулся под шкворчание яичницы да ее аппетитный аромат, доносящийся с кухни. Ленивое утреннее солнце разбрызгивало лучи на диван, столик и пол. Пока я рылся в воспоминаниях минувшего вечера, чтобы выставить их в верной последовательности, плита погрузилась в сон, большая яичница из четырех яиц справедливо поделилась между двумя тарелками, занятыми суховатым белым хлебом и томатами-черри. Заспанный, взъерошенный, с утренним дыханием и сонным песком в уголках глаз, я сидел на не просто смятой — перекрученной втрое простыне, чесал макушку, мял шею, лицо растирал, безуспешно проигрывал зевоте. Заснул лишь пару часиков назад, застрявший между Адом (рассказом Роберта) и Раем (первым поцелуем длинною в несколько блаженных минут).
— Я не знал, надо ли тебя будить, — впервые после пребывания в клинике заговорил Роберт, и я поднял на него, свежего, ухоженного, покрасневшие глаза.
— Да ничего… — с хрипотцой выдохнул я в сторону от собеседника.
На столик приземлились два подноса: на каждом — тарелка с завтраком, кружка кофе, салфетка, вилка и нож. Последний предмет я проигнорировал — дай Бог вилку удержать спросонья. Утренняя документалка про тропические леса заполнила тишину, больше на меня не давящую, естественную и теплую, как плед, который грел этой ночью.
После завтрака, благо Роберт дал мне одноразовые станок и зубную щетку, я привел себя в порядок, расчесался пальцами, скрюченными в звериную когтистую лапу, и готов был — теперь уж точно — уходить. Я обувался у двери под сосредоточенным взглядом хозяина дома, потом он вдруг отошел на минуту, а вернувшись, без единого слова напялил на мой мизинец пластиковое кольцо с большой конфетой вместо камня. Роберт выглядел до того серьезно, что я жевал губы, чтоб не оскорбить его смехом. В итоге не стерпел и спросил:
— Можно его пососать?
— Разумеется, — чуть удивленно ответил тот.
— А леденец?
Мы смотрели друг другу в глаза, быть может, с полминуты: я — бесстыдно горящий пошлостью, Роберт — с восковым бесчувственным лицом. Наконец, как тает лед под жаром солнца, так и его губы неторопливо потянулись в стороны, сверкнули белые зубы, и с тихим придыханием Роберт-таки рассмеялся. Я не видел его улыбку будто целую вечность…
— Это глупо, — лучезарно ответил он и кивнул на дверь.
— И все равно смешно! — вставил я, пятясь в коридор лестничной клетки. — А знаешь, как говорят: в каждой шутке доля правды…
Дверь захлопнулась перед моим носом, но последнее, что я увидел, было солнечное, лишенное тяжких дум лицо Роберта, а это однозначно победа!
========== Часть 7, вторая половина ==========
Пока кассир ожидал, когда установится соединение с банком и пройдет оплата по кредитке, я нервно барабанил пальцами по стойке.
…Я — животное? Определенно.
У меня нет терпения? Да…
Но ни за что я не стану заставлять кого-то делать что-то. В конце-то концов!..
— Оплата прошла, — отвлек меня от мыслей кассир. — Спасибо за покупку! Приходите еще!
Я вынужденно улыбнулся в ответ, взял пакет — белоснежный, как и обновка, лежащая в нем, и покинул магазин, в котором никогда прежде не был; куда вряд ли еще загляну. Приобретенный девственно-белый тканевый рулон провел ночь в моем рюкзаке, там же трясся по дороге на работу. У белых воротничков короткий рабочий день! — но не у врачей, по крайней мере не в клинике Роберта, а потому или я рискну всем сегодня, или выгорю молча дотла, ведь возможность лучше в ближайшие дни не представится.
У меня был четкий план. Четкий — пока события развивались в моей голове, пока воображение моделировало накладки, с которыми я ловко справлялся, задействуя смекалку! Вот только в реальности так не бывает, и малейшее отхождение от ожиданий вызывает ступор и панику.
Припарковав спортбайк на уже обычном месте, я прокрался в клинику с рюкзаком на плече. Общий зал ожидания был пуст, место медсестры в регистратуре тоже. Беспрепятственно, без нежеланных свидетелей, я проскользнул в мужской туалет, также безлюдный. В кабинке, скинув рюкзак на опущенную крышку унитаза, я снял тонкую куртку и пиджак (рванул сюда сразу с работы), чуть не повесился на галстуке, от волнения потянув за не тот конец, разделался-таки и с ним, и с рубашкой и оперативно утрамбовал все в рюкзак, вспухший, как спасательный жилет. В кафельной коробке, заполненной эхом и запахом дезинфицирующего чистящего средства, «топлес» было холодно, но мурашки покрыли мои руки не потому. Прежде я не вытворял такое… На что только идиота может толкнуть длительное воздержание с зажженным фитилем влюбленности!..
Из хрустящего пакета я достал медицинский халат и надел его на голый торс. Как ни в чем не бывало, с видом важной птицы, покинул кабинку и остановился с шаром-рюкзаком перед чередой туалетных зеркал. Мда, кое-что я не предусмотрел… Оказывается, такие халаты имеют глубокий вырез между лацканами, так что треугольник обнаженной кожи чуть ли не до конца грудных мышц отчетливо намекал на отсутствие одежды под халатом… На фоне этой «мелочи» офисные черные брюки и остроносые ботинки терялись и особого внимания к себе не привлекали. Ну не могу же я разгуливать как извращенец, ей Богу!.. Решение нашлось простое, но ничуть не изящное: будто смущенная невеста в пеньюаре в первую брачную ночь, я загнул лацканы к центру — придется держать их свободной рукой…
Выйдя из туалета, я закинул рюкзак в камеру хранения, по лестнице взбежал на этаж выше. По пути мне, к счастью, никто не встретился. У кабинета я опять грел уши в течение десятка секунд: за дверью шуршали бумаги, не звучали голоса. Дети редко молчат, так что я сделал вывод, что пациента там нет. И все равно стоило быть осторожным. Потому, приоткрыв дверь, я сунул в широкую щель только голову.
В кресле у стола над кипой медицинских карт сидела знакомая молодая медсестра. Еще не обернувшись, лишь начав поворачиваться, она заговорила:
— Я не понимаю, что написано по последней паци… Оу, — увидела она меня. — Привет!
— При…вет… — чуть стыдливо ответила ей одинокая голова, быстро убедившись, что видно только ее и ни краешка халата.
— А Роберт в процедурной, — улыбчиво опередила девушка мой мысленный вопрос.
— Спасибо, но мне это… ничего не говорит…
— Этажом выше, от лифта налево, первая дверь напротив.
— Благодарю, — кивнула голова, медленно засасываясь обратно в коридор. — Хорошего окончания дня…
— Взаимно!
Лифт был под рукой, однако я в который раз выбрал лестницу: если двери разъедутся в стороны и хоть одна душа увидит меня в этом наряде, возникнут проблемы, ведь я не работаю здесь, а коллектив этой клиники просто не может не знать врачей в лицо. Повстречайся мне кто на лестнице, я хотя бы смогу в момент отвернуться, присесть, мол, завязываю шнурки… Да, идея — хлам, но хоть какой-то выход! — ловушка-лифт же вообще не оставляет возможности скрыться.
Пройдя на нужный этаж, доселе незнакомый, я быстро выискал лифт, единственный ориентир. Слева начинался коридор, с обеих сторон утыканный дверьми. Что там она сказала: «…напротив…» — «…первая напротив…» — напротив чего? Напротив лифта?.. Изнывая от тревоги, я подступил к предполагаемой двери, сжал самыми кончиками пальцев продолговатую ручку, словно боясь оставить отчетливые отпечатки на месте преступления, и та с щелчком опустилась. В узком кабинете без окон вдоль стен стояли шкафы с замутненными стеклами; в нос лез чисто медицинский запах — спирт? Центр помещения от меня скрывала ширма — и не одна, целый закуток из четырех штук, «комната» без правой стенки, где маячила спина в белом халате. Я хотел сперва окликнуть: вдруг ошибся? Но решил немного подождать. И не зря! Отойдя от пустой медицинской кушетки, спрятанной за ширмами, чтобы положить что-то на трехэтажный процедурный стол — металлическую этажерку, врач явил себя, и я узнал любимый затылок. Смелее в разы, я беззвучно раскрыл дверь, встал в проеме, эффектно уперся ладонью в косяк, а второй сделал ручку получившегося «чайника».